Тотальная война. США решили поджечь весь мир

США и Израиль, похоже, решили строить совершенно новый Ближний Восток. Старый для этого придется разрушить до основания. И судьба тех, кто погибнет под обломками, их мало волнует. Провалив начало войны в Иране, они решили возвести ее в ранг тотальной.

Иначе трактовать события последних дней сложно.

Напомним, что в среду американские военные нанесли удар по иранским нефтегазовым объектам в районе месторождения Южный Парс и промышленной зоны Ассалуйе, где добытые на месторождении ресурсы перерабатываются.

Остров Парс — крупнейшее в мире газовое месторождение, разделенное между Ираном и Катаром. Всего здесь содержится около восьми процентов мировых разведанных запасов газа — и 50 процентов от иранских. Важность такого объекта для экономики страны сложно переоценить.

В ответ Тегеран уже заявил о том, что планирует атаки по мощностям энергетического сектора в арабских странах, и призвал эвакуировать объекты, чтобы персонал не пострадал.

На этом фоне цена на нефть устремилась к отметке в 110 долларов — и это, похоже, не предел.

Причем стоит отметить, что до недавних пор Вашингтон воздерживался от ударов по нефтегазовой промышленности Ирана, и даже танкеры, вывозящие топливо на экспорт, спокойно проходили через пролив. Более того, после израильской атаки на подобные объекты Вашингтон одернул союзника и попросил больше так не делать.

Как пишут западные СМИ, причин у такого решения было несколько: Трамп рассчитывал, что иранская нефтяная промышленность еще пригодится США — по аналогии с венесуэльской; удары повлекут за собой ответ, от которого пострадают главные источники доходов для партнеров американцев на Ближнем Востоке; из-за этого мир может столкнуться с тяжелым топливным кризисом; наконец, уничтожение ключевого богатства Ирана не оценят обычные иранцы.

Что ж, теперь эти аргументы, вероятно, не играют прежней роли.

Загвоздка вот в чем: блокада Ормузского пролива была лишь временной трудностью. Танкеры и газовозы не могли покинуть Персидский залив, но как только бы конфликт закончился, рынок достаточно быстро стабилизировался. Зато удары по добыче могут привести к тому, что топливный кризис придет в мировую экономику всерьез и надолго. Ремонт этих объектов потребует времени, а значит, само предложение существенно сократится — и пока мало кто берется судить, до какого уровня.

Но война пошла настолько не по плану, что этот фактор, видимо, уже не играет сдерживающей роли. США взвинтили ставки и, похоже, любой ценой пытаются добиться свержения нынешней власти в Иране.

Удары по главному источнику доходов призваны сделать страну экономически нежизнеспособной и спровоцировать бунты. Помочь этому должны и удары по высшему иранскому руководству — чтобы сделать страну неуправляемой, а действия силовых структур лишить координации.

И в этом своем стремлении США и Израиль готовы зайти очень далеко. Это подтверждает убийство секретаря Совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани, который играл важную роль в стране после гибели рахбара Хаменеи. Он считался сравнительно умеренным политиком и был — пусть и прагматичным — сторонником диалога с США, как минимум до начала нынешней войны. Собственно, сделка по ядерной программе, из которой впоследствии вышел Трамп, заключалась не без его участия.

Однако теперь даже настроенные на диалог силы Вашингтону неинтересны. План заключается в том, чтобы разрушить иранскую государственность. Это, конечно, повлечет за собой не только топливный кризис, но и гигантские политические проблемы. Велик риск, что на месте Ирана весь мир получит ИГ* на стероидах — хотя бы потому, что это крах страны с населением в три раза большим, нежели в Ираке.

А страна с обнищавшим народом, без нормального управления — в успехи Пехлеви как-то не очень верится — и с таким количеством оставшихся не у дел военных и силовиков — всегда благодатная почва для радикалов любых мастей.

Огонь от подожженного американцами и израильтянами Ирана перекинется на весь регион, и от этого пострадают все. И монархии Персидского залива, и другие страны-соседи, и Китай, и Россия.

В этом, вероятно, и заключается идея слабеющего гегемона: раз не получается контролировать весь мир, сосредоточиться следует на Западном полушарии, а Восточное залить огнем и кровью.