«У меня всегда есть чёткий план»: Гуменник — о постановке «Онегина», прыжках вслепую и костюме трансформера
Программа «Евгений Онегин» изначально ставилась под контент с пятью квадами, хотя в момент её создания задача исполнить в одном прокате такое количество квадов казалась нереальной, признался в эксклюзивном интервью RT Пётр Гуменник. По словам фигуриста, который сейчас готовится к Олимпийским играм в Милане, количество элементов ультра‑си в одной программе — всего лишь дело привычки. Чемпион России также подробно рассказал о сборах, проведённых в Калифорнии у Рафаэля Арутюняна, вспомнил об образе негодяя в программе «Дориан Грей» и объяснил, почему принял решение отказаться от всех новогодних шоу.
— Рассказывая в этом сезоне о своей короткой программе «Парфюмер», вы отметили, что приходится периодически приезжать к Даниилу Глейхенгаузу, который следит, чтобы из постановки не уходили хореография, какие-то жесты. Произвольная программа требует столь же тщательного отношения или в ней допустимы изменения?
— Небольшие поправки, безусловно, мы вносим. Николай Морошкин, с которым я работаю на тренировках, постоянно старается дополнить программу таким образом, чтобы та или иная часть сильнее заиграла, а у судей, соответственно, появилось больше оснований поставить высокую оценку за компоненты. Помимо него, со мной работает ещё один хореограф — Надежда Коханова. Она не из фигурного катания, много чего придумывает и предлагает, а Николай Юрьевич уже адаптирует движения таким образом, чтобы они хорошо смотрелись на льду.
— То, что «Евгения Онегина» вам ставил Илья Авербух, а доработкой занимаются совсем другие люди, не ломает первоначальный замысел постановщика?
— Я бы сказал, делает его ещё более интересным, вносит определённое разнообразие. У меня вообще часто получается, что ставят программы одни специалисты, а доработкой занимаются другие. С теми же Николаем Юрьевичем и Вероникой Анатольевной я каждый день нахожусь на льду, поэтому это логично. Мне вообще нравится, когда программа становится результатом работы самых разных людей. Тренер придирчиво и требовательно относится к любой мелочи, чтобы каждое движение выглядело законченным и доделанным.
При этом она внимательно следит за тем, чтобы хореографические связки не мешали элементам. Когда летом я был в Калифорнии у Рафаэля Владимировича, он немножко подправлял мне шаги в заходах на прыжки. Перед чемпионатом России, когда я снова летал в Америку, мы уже ничего не меняли. Арутюнян если что и корректировал, так только направление тех или иных векторов. Подсказывал, где нужно чуть больше усилий приложить, где чуть меньше, чтобы прыжки получались максимально качественными.