«Давность образования следов значения не имеет»: как криминалисты находят улики на местах жестоких преступлений
Криминалисту с 30-летним опытом Роману Исаеву до сих пор сложно работать на местах преступлений, где жертвами оказались дети. Его задача, как старшего инспектора Следственного комитета, — собрать все возможные биологические следы: и те, что на виду, и те, что скрыты. И хотя преступники очень старательно пытаются избавиться от улик, он знает, где искать. О самых громких делах, хитростях преступников и буднях криминалистов он рассказал RT.
«Тяжело смотреть на место преступления»
В ноябре 2025 года коммунальщики, чистившие Гольяновский пруд в Москве, обнаружили детский ранец. Когда они открыли его, то увидели внутри отрезанную голову ребёнка. Эксперты установили, что мальчик был убит не более двух суток назад. Оперативники начали изучать видео с камер наблюдения и опрашивать местных жителей, но уже через несколько часов получили сигнал из Балашихи: там пропал шестилетний мальчик. Об этом сообщила его бабушка: якобы внука вывел из квартиры отчим, и больше ребёнка никто не видел.
Криминалист Роман Исаев приехал на адрес вместе со следственной группой. Кухня была идеально вымыта, но он обработал всё помещение специальным реагентом.
«Я вспомнил, что ещё в 50-е у нас были разработан свой реактив, но применять его сейчас нельзя: он уничтожает групповые характеристики ДНК, то есть группу крови и резус-фактор, — рассказывает собеседник RT. — Я реанимировал состав реактива, и мы начали делать опыты: раститровали кровь (применяли метод количественного анализа, предназначенный для определения точной концентрации неизвестного вещества. — RT), опрыскивали её составом разной концентрации, выделяли ДНК и смотрели, насколько она деградирует. В итоге нашли оптимальный вариант, даже научную статью потом выпустили. И убийство в Балашихе — хороший пример применения нашего реагента».
В итоге, несмотря на все старания убийцы, Роман обнаружил следы крови около холодильника, сделал смывы и отправил их в лабораторию. Всё сошлось: именно в этом помещении женщина расчленила собственного сына. «Замытая кровь, которую просто так не увидишь, после реагента даёт свечение. Мы затемняем помещение, и она буквально сияет», — объясняет Исаев.
Сотрудники управления криминалистики СК всегда выезжают на места преступлений, где жертвами стали дети. Так Роман отправился в Псковскую область, где 31 декабря 2023 года пропала девочка. «В реке нашли её куртку со следами спермы, — вспоминает старший инспектор. — Тело девочки обнаружили только в феврале: убийца сбросил его в глубокую яму, всё засыпало снегом, а потом ударили морозы. Сперма вообще такая штука… «живучая». Ещё в XIX веке, знаете, как её искали на ткани? Капали серную кислоту — материал расползался, а сперматозоиды оставались. Так и в псковском случае: снег, мороз, вода — ничего не повредило следы».
Кроме традиционной генетической экспертизы были использованы биологические микрочипы для установления черт внешности преступника, продолжает эксперт: «Это миниатюрные аналитические матрицы для высокоточного молекулярно-генетического анализа. Они позволяют определить внешность, пол и происхождение человека по микроскопическим следам ДНК с точностью до 99,6%. В итоге по следам спермы удалось вычислить преступника».
- © RT