Свистят они, как пули: на ПМЭФ обсудили регулирование информационных войн

"Информационный фронт - больше не метафора, не фигура речи, - заявил, открывая сессию, ведущий, тележурналист Эрнест Мацкявичюс. - Самые опасные и разрушительные войны сейчас происходят именно в информационном пространстве. Однако, в отличие от ядерных, биологических технологий, цифровые инструменты информационного воздействия пока никак не регулируются... Нам нужно понять, как определить скоординированное, согласованное на международном уровне законодательство, которое было бы направлено на регламентацию информационных войн".

О том, сколь непроста поднятая тема, стало понятно уже из первых слов первого выступающего - Владимира Табака, гендиректора АНО "Диалог" президента Международной ассоциации по фактчекингу Global Fact-сhecking Network. "Вы в своей ассоциации готовы сформулировать международный стандарт, определяющий критерии фейка и способы борьбы с ним, - спросил Мацкявичюс. - По силам вам такая задача?"

"Только нам - точно нет", - честно ответил Табак. Добавив, впрочем, обнадеживающе: "Сообществу - да". Большая часть речи борца с фейками была посвящена развитию тезисов, высказанных ведущим. "Подобное регулирование необходимо, - согласился Табак. - У любого военного конфликта есть определенные законы: люди апеллируют к Женевской конвенции, уставу ООН, опираются на определенные правила".

На войне, конечно, как войне. "Все страны не святые, все те или иным образом периодически нарушают регламенты ООН, в составлении которых они принимали участие, - не стал лакировать действительность оратор. - Но все равно есть определенный свод правил, которые всеми принимаются". А вот в информационных войнах, ставших частью войн горячих, творится уже полный беспредел: там вообще нет никаких правил. В общем, пришла пора исправить эта упущение.

Тот же вопрос, о возможности регулирования информвойн, Мацкявичюс задал директору департамента информации и печати МИД РФ Марии Захаровой. При этом ведущий добавил важную для понимания последовавшего ответа ремарку: "Люди, которые эту войну нам объявили, они, ну, не понимают немножко, что это оружие обоюдоострое..."

Захарова была, безусловно, гвоздем, точнее главной "приглашенной звездой" сессии. Только она в силу своих полномочий могла в полной мере раскрыть вопрос регулирования информационных войн. Что она блестяще и сделала: раскрыла и, по сути, закрыла.

Ответ Марии Владимировны был достаточно пространным, но все стало ясно уже после первых слов: "Вы говорите о людях, которые развязали или объявили нам вот этот вызов... А люди ли они вообще?.. Вопрос. Физиологически, биологически, безусловно, это люди... У них костюмы, платья, туфли, они ездят, едят, пьют спят и так далее. Но, по сути-то, что осталось от человеческого в этом контексте?"

Усомнившись в принадлежности наших геополитических противников к роду человеческому, официальный представитель МИД подвергла критике и название сессии: "Она не отражает современной ситуации. Нет, слова стали уже не пулями... Слова - это удушающий газ. Слова - это токсичная радиация. Которую не видно, но которая, заползая к вам тогда, когда вы совсем и не ждете этой угрозы, начинает убивать".

"Мария Владимировна, если это газ, если это отравляющие вещества, то они регламентированы международными конвенциями, - продолжал, однако наседать ведущий. - Можно ли регламентировать информационную войну в тех условия, которые сложились сегодня?" Впрочем, поняв, очевидно, каким будет ответ, Мацкявичус предложил его сам: "Пока выглядит как утопия". И ошибся.

"Нет-нет, это никакая не утопия, - возразила Захарова. - Это вопрос развития своих собственных средств массовой информации и коммуникации. Это законодательная и технологическая работа... Надо сражаться, надо понимать, что мы отстаиваем... Надо держаться тех самых ценностных установок, которые зафиксированы законодательно, передаются в виде традиций, являются культурным цивилизационным кодом, и они объединяют людей, а не разъединяют..."

Словом, похоже, все-таки утопия.