Ловушка Тайваня для Трампа: в чем заключается главный вопрос отношений США и Китая

Си начал саммит с прямого публичного предупреждения Трампу — США не следует вмешиваться в дела Тайваня, потому что это относится исключительно к жизненно важной сфере китайских национальных интересов. Мол, если Вашингтон продолжит оказывать Тайваню военную помощь, то худо будет.

В этой связи Си сослался на так называемую «ловушку Фукидида», которая изначально базировалась на историческом примере Афин и Спарты. Во время Пелопоннесской войны Спарта, являвшаяся тогда ведущей устоявшейся державой мира, воевала против Афин, являвшихся ведущей растущей державой.

Суть «ловушки Фукидида» в том, что существует некая историческая закономерность, согласно которой устоявшиеся державы, ощущая угрозу со стороны держав растущих, часто вынуждены развязывать войну, чтобы устранить конкурентов в целях сохранения своего глобального господства.

Сторонники этой теории предрекают прямой военный конфликт между США и КНР, поскольку Америка, дескать, намерена во что бы то ни стало сохранить свою глобальную гегемонию за счет военной победы над Китаем.

Во время саммита в Пекине Си призывал США не поддаваться «ловушке Фукидида», потому что, мол, мировые последствия военного конфликта между ядерными державами будут крайне тяжелыми, а возможно, и апокалиптическими. Но очень легко, подытожил Си, избежать современной «ловушки Фукидида»: если США откажутся от военной поддержки Тайваня, то никакого военного конфликта США–КНР не будет. Все очень просто.

Главный посыл Си Трампу в том, что КНР имеет законное право на свою «доктрину Монро» — хотя бы по отношению к Тайваню — точно так же, как США имеют право на свою «доктрину Монро» в Западном полушарии.

Во время саммита Си тщательно подготовил Трампа к своей жесткой позиции по тайваньскому вопросу. Вероятнее всего, он объяснил президенту США за закрытыми дверями, почему Китаю обязательно надо вернуть Тайвань. Си считает, что КНР обязана исправить историческую несправедливость, в которой Тайвань де-факто отделен от своей материковой части — причем, мол, эта проблема возникла в результате активной подрывной поддержки США. «Так называемая Китайская республика — это в корне искусственное образование, — наверняка объяснил Си Трампу в приватной беседе. - Есть только один Китай, и даже США сами этот факт признают!»

Но тут китайский лидер лукавит. На самом деле за последние 70 лет Белый дом чаще всего трактует концепцию «один Китай» абсолютно по-другому, а именно, что США признают всего лишь само существование позиции Пекина об «одном Китае», но при этом США сами не согласны с этой позицией. Исходя из этого, Тайвань, дескать, является спорной территорией и решить этот спор возможно только мирным путем с согласия обеих сторон, а ни в коем случае не силовыми методами.

Да, США действительно признают, что КНР является единственным легитимным государством Китая. США в 1971 году проголосовали в ООН за то, чтобы КНР заняла место Тайваня в этой организации. Это было жестким требованием КНР в начале 70-х: США должны признать либо КНР, либо Тайвань. Поскольку США выбрали КНР, то только в этом смысле Вашингтон соблюдает принцип «одного Китая», но не в том смысле, который КНР хотела бы выдавать за действительное — что этот «один Китай» априори включает в себя Тайвань, даже если большинство жителей острова этого не хотят.

Симпатия США к Китайской республике (Тайваню) имеет долгую историю, начиная с ее создания в 1912 году после распада династии Цин. Во время всего периода, когда Китайская республика при правящей партии Гоминьдан руководила материковой частью Китая (с 1912 до 1949 год), Тайвань был союзником США. Пик этого партнерства пришелся на время Второй мировой войны, когда Китайская республика воевала вместе с американцами против Японии.

В 1945 году именно Китайская республика, а не КНР, которая еще не была создана, была официально признана победителем (вместе с США, СССР и Британией) во Второй мировой войне в азиатском театре. На этом основании Тайвань занимал официальное место в ООН в 1945–1971 годы — даже после того, как коммунисты выиграли гражданскую войну в 1949 году. В итоге после Второй мировой войны США (и почти все остальные страны мира) признавали Тайвань единственным легитимным Китаем вплоть до начала 70-х.

И в 1979 году США официально совершили свой «великий поворот» в сторону КНР, окончательно признав ее единственным легитимным Китаем и одновременно разорвав дипотношения с Тайванем. Согласно договоренности с КНР, Вашингтон обязался никогда не признавать независимость Тайваня и не открывать его посольства. Более того, когда Вашингтон официально ссылается на Тайвань, то он не должен использовать слова «Китайская республика», «страна» или «государство», что подразумевало бы, по мнению КНР, отдельный статус Тайваня как де-факто независимое образование.

Получается как в старом советском анекдоте: независимость Тайваня уже давно есть, но слова «независимость» нет и быть не может.

Но вместе с тем, учитывая почти 70-летний тесный союз США с Тайванем и понимая его вполне обоснованное опасение касательно военной угрозы КНР, Конгресс США в 1979 году принял закон Taiwan Relations Act. Согласно этому закону, Вашингтон взял на себя обязательства регулярно продавать Тайваню оружие в объеме, «необходимом для обеспечения его безопасности». Разумеется, КНР крайне не понравился этот закон, но тогда ею было решено смириться с ним, поскольку Китай получил множество жизненно важных дивидендов от нового союза с США — прежде всего, миллиарды долларов инвестиций и возможность стать ведущей глобальной экономической державой.

Но, как говорится, теперича не то, что давеча, по мнению Си. Во время саммита он пытался убедить Трампа отказаться от американской практики продажи оружия Тайваню, и на этом фронте у китайского лидера хорошие шансы на успех.

И тут у Трампа возникает не «ловушка Фукидида», а «ловушка Тайваня». Дело в том, что Трамп принципиально считает, что безопасность Тайваня подлежит торгу — ситуация, которая никогда не возникала у других президентов до Трампа. Согласно вероятной «сделке» двух лидеров, если Китай значительно увеличит объем закупок американских соевых бобов и других товаров, то взамен Трамп откажется от продажи оружия Тайваню. Для американского лидера сокращение торгового дефицита США с КНР гораздо важнее безопасности Тайваня.

Однако сам факт, что безопасность Тайваня для Трампа является лишь разменной монетой, вызывает серьезную тревогу в Конгрессе. Ведь за последние 77 лет всегда был двухпартийный консенсус в поддержке Тайваня — особенно касательно продажи оружия. Регулярная продажа оружия Китайской республике не только зафиксирована в законе 1979 года, а это закреплено резолюцией президента Рональда Рейгана в 1982 году под названием «Шесть гарантий Тайваню», согласно которой США обязались не советоваться с КНР по вопросу продажи оружия Тайваню. Тут Трамп явно нарушает эту резолюцию, что вызывает негодование у многих в Конгрессе.

Конгрессмены еще сильнее беспокоятся, что Трамп вполне может в целом «слить» Тайвань, пренебрегая тем фактом, что его де-факто независимость (даже если нельзя вслух произносить слово «независимость») сверхважна для американских национальных интересов как в геополитическом, так и в экономическом смыслах. Ведь Тайвань, среди всего прочего, является выдающимся лидером в области производства сверхмощных полупроводников, занимая примерно 90% этого мирового рынка. Очень важно (особенно в новой эре ИИ), чтобы этот глобальный технологический тяжеловес оставался в американской орбите. Более того, если КНР проглотит азиатский «остров свободы», тогда геополитическая и военная мощь КНР значительно укрепится во всем Южно-Китайском море, чего, разумеется, сильно опасаются все находящиеся там союзники США.

Однако в итоге политико-историческая обработка Трампа китайским лидером прошла успешно. После того как президент США вернулся из Китая, он сказал в интервью Fox News: «Мне кажется, что я теперь знаю больше о Тайване, чем знаю о любой другой стране мира!» Более того, он почти слово в слово повторил официальную позицию Пекина, что, мол, Тайвань виноват в обострении отношений с КНР, так как регулярно провоцирует его своим стремлением к независимости.

Выходит так, что пока Си мыслит широко и стратегически по отношению к Тайваню, выражаясь в рамках «мирного сосуществования», Трамп мыслит гораздо у́же — на уровне пресловутых соевых бобов. И ради продажи этих бобов и других американских экспортных товаров президент вполне может продать и весь Тайвань.

Но надо сказать, что в мировой политике Дональд Трамп никогда не выделялся широким стратегическим, глобальным мышлением. Будучи патологическим эгоцентристом, он больше мыслит о себе любимом.

В этой связи весьма показательно, что в самом первом сообщении, которое Трамп выложил на свою страницу в соцсети Truth Social сразу после того, как улетел после саммита с Си, он написал о наболевшем — о его самом любимом тщеславном проекте: о строительстве нового бального зала на месте восточного крыла Белого дома. В этом посте он восхищался китайским бальным залом, где проходило одно из мероприятий саммита, но обещал своему электорату, что скоро в США появится свой блестящий бальный зал, переполненный золотом, который, по мнению Трампа, будет намного круче китайского.

Как говорится, у кого что болит... А Трамп, судя по всему, мало болеет о судьбе Тайваня.