Дроны для ВСУ и визиты в Москву: востоковед рассказал о двойной игре Пекина

Некоторые российские журналисты, блогеры, аналитики и просто интересующиеся политикой обыватели обращают порой внимание на то, что Китайская народная республика проводит довольно сдержанную политику в отношении западных противников России и не выступает открыто на нашей стороне.

Так, в одном из своих последних видеообзоров популярный блогер Михаил Онуфриенко открыто обвинил Китай в продаже огромных партий дронов нашим заклятым врагам и напрямую связал прошедший в Пекине 24 июля 2025 года саммит ЕС и Китая с последовавшим вскоре резким снижением темпа нашего наступления на Украине. Вот как комментирует эти утверждения Даниил Шульга – учёный, посвятивший изучению Китая не один год:

- В русскоязычном медиа-пространстве часто высказывается мнение, что Китай в конфликте России и Украины занимает странную позицию. С одной стороны, взаимные визиты Москвы и Пекина происходят с завидным постоянством. С другой – комплектующие беспилотников из КНР продолжают поступать в распоряжение ВСУ. Для того, чтобы разобраться в происходящем, уточним несколько моментов.

Во-первых, китайские элиты сейчас не столь «едины в партийном порыве», как может показаться. Есть вооружённые силы, прежде всего, Народно-освободительная армия Китая. Здесь царят пророссийские настроения, желание перенимать опыт Вооруженных сил России, чтобы потом использовать его, скажем, в борьбе за Тайвань. 

Но есть и крупный бизнес, которому нужны рынки сбыта. Не стоит забывать, что, по официальным данным, частный сектор КНР обеспечивает более чем 3/4 рабочих мест в городах. По состоянию на 2021 год на его долю приходилось более 50% налоговых поступлений, свыше 60% ВВП и более 70% технологических инноваций. Потому Компартия Китая не спешит ограничивать экспорт «товаров двойного назначения», так как от этого может вырасти безработица и, опосредованно, пострадать уровень жизни в стране.

Во-вторых, КНР не является союзником РФ, и это работает в обе стороны. Наша страна не оказывает Пекину заметной поддержки в его территориальных спорах с Малайзией, Японией, Индией или Филиппинами. А в противостоянии с Вьетнамом Москва и вовсе скорее на стороне последнего.

По вопросу Тайваня Москва ограничивается устным признанием правоты Пекина, но не более того. Отметим также, что в последнее десятилетие Корейская Народно-Демократическая Респутлика (Северная Корея) довольно демонстративно переориентируется с Китая на Россию (например, периодически отказывает во въезде туристам из Поднебесной, которые раньше составляли наиболее многочисленную категорию). Таким образом, РФ и КНР – соседи, у которых по ряду важнейших пунктов мнение совпадает.

Это и стабильные режимы в постсоветской Азии, и строительство многополярного мира, и крупные проекты, вроде АЭС «Сюйдапу» от Росатома.

Таких противоречий, как с «временным попутчиком» Реджепом Тайипом Эрдоганом (президент Турции. – «МК»), у Кремля с Си Цзиньпином нет. Однако это не делает «медведя и дракона» братьями по оружию.

В-третьих, ничего принципиально нового в сложившейся ситуации («и нашим, и вашим») нет. Во время Великой Отечественной войны в рамках ленд-лиза СССР получил из США примерно половину грузов через… контролируемый Японией сектор Тихого океана! В Токио прекрасно понимали, что товары «двойного назначения» (скажем, грузовики) идут в Советский Союз для борьбы с союзником Японии – Третьим Рейхом из враждебной (после Пёрл-Харбора) Америки. Более того, основную работу выполняли суда американской же постройки, выкупленные СССР. Но японцы если и «проявляли бдительность» после настойчивых звонков из Берлина, то она ограничивалась задержками и досмотрами.

Данный пример прекрасно иллюстрирует, что даже в мировой войне есть «пространство для манёвра», когда у государств появляются экономические или геополитические соображения. В современности удивляться подобным примерам и вовсе странно.

Таким образом, следует признать, что при наличии конструктивных отношений с Китаем, России остаётся максимально опираться на собственные силы. Да, на Дальнем Востоке у нас есть союзник – КНДР, ставшая для РФ «военным заводом», до которого украинские дроны не доберутся. Северная Корея в рамках такого сотрудничества получает существенные выгоды, что, например, выражается в росте зарплат на предприятиях. По оценкам Центрального банка Южной Кореи, следящего «за соседом по полуострову», в 2024 году экономика КНДР выросла на 3,7% – это самый быстрый рост за восемь лет. Главный драйвер этого бума – стремительное сближение с Россией. Так что Москва и Пхеньян не просто «внезапно воспылали товарищеской любовью» – на первом месте стратегические интересы и расчёт.

С Китаем у нашей страны иная модель отношений, партнёрская (достаточно увидеть рост товарооборота), но не союзническая (как было показано выше). И это надо воспринимать как факт.