Владимир Бортко рассказал о Сталине и «потрясающей бабе» Маше

 Завидев его, зрители и экскурсанты, пришедшие на «Ленфильм», начали говорить, что видят перед собой историческую  личность, доставив герою дня радость. Сам Бортко раскритиковал «Ленфильм» за отсутствие плаката его фильма «Собачье сердце», который и открыл ретроспективу. В нее также вошли «Тарас Бульба» и «Удачи вам, господа!». 

Перед началом ретроспективы удалось поговорить с Владимиром Бортко. Беседа напоминала пинг-понг. 

 - Я написал статью о критике. Не знаю, где ее опубликовать.

- Ругаете?

- Как и она меня. 

- Закончили снимать фильм «Сталин»?

- Да, уже идет монтаж. Это будет шестисерийный фильм.  Полнометражный вариант с самого начала не рассматривался. Можно, конечно, вместить восемь лет жизни в него, но мне таланта не хватает. Я человек тупой. 

- Зачем же вы так о себе говорите? Где проходили съемки?

- В Питере, Москве, Сочи,  на даче Сталина.

- Какой временной путь проходит ваш главный герой?

- С 1945 по 1953-й, восемь лет.

- Восемь лет может и один актер сыграть. Так и было?

- Один Игорь Миркурбанов и сыграл. 

- Когда все только начиналось, не сталкивались с предубеждением актеров? Были отказники, кто не хотел  сниматься в картине о Сталине?

-  Почему должно быть предубеждение? Мне такие актеры не попадались. Кто соглашается, тот и снимается.

- Вы стремились к портретному сходству главного героя?

- Его не отличишь от самого Сталина. 

- Много разговоров возникло вокруг вашей работы.  Слышали? 

- Ругают, не видя картины? За что?

- За то, что  взялись за такой фильм.  

- А когда Сокуров снимал про Гитлера, его тоже ругали? А там все было гораздо хуже. 

- До разоблачения культа личности в фильме вы не доходите?

- Нет. Сталин к тому времени умер, и что там было дальше, меня мало интересует. 

- Игорь Миркурбанов - человек с сумасшедшей энергией,  неукротимый. Справлялись?

- Серьезно? У меня ее больше. Я -  еще более неукротимый. 

- Не приходилось его минимизировать?

- Зачем? Он  все очень точно понимает. 

- Почему именно сейчас вы  взялись за этот проект? Какой  путь осмысления прошли?

- Нашлись люди, которые заплатили за мой сценарий, написанный 15 лет назад. Он лежал, никому был не нужен. Страшно было, наверное.

- Сейчас бояться нечего?

- Время изменилось, я так думаю. 

- А ваши взгляды как менялись?

- Мои взгляды не менялись никогда, только когда я был маленьким. Хотя когда-то я был большим либералом, а сейчас - закоренелый государственник. О Сталине  не только я снимаю, на Западе тоже.  Только время там  другое – с 1941-1945-й. 

- История получается масштабная или камерная?  

- Да уж какая камерная! Дома я не снимал. Начинается она с  с Потсдама. Через каждые двадцать минут на экране  появляются Трумэн, Черчилль. Вся страна перед нами, запуск первой ракеты в 1946-м, первого самолета- бомбардировщика. Есть, конечно, и камерные сцены в кабинетах. Сталин имел большое влияние на все, на весь мир.  

- Со знаком «плюс» или со знаком «минус»?

- Да ни с каким знаком, просто с большим влиянием. У Цезаря какое влияние? Со знаком «плюс» или «минус»?  У Наполеона какое влияние? Какое может быть влияние у человека, управляющего миром. 

 - Эпоха Сталина жива в памяти, есть люди, которые его видели?

- Почти сто лет прошло. И я его видел собственными глазами.  Мне было шесть лет.

- Какая картинка осталась в памяти?

- Люди, стоящие на мавзолее. Я могу вам рассказывать два часа, и вы не отойдете. Это у меня хорошо получается. Как на счет кино – не знаю. 

- Вы всегда очень эмоционально говорите.

- У меня энергии гораздо больше, чем у Миркурбанова, несмотря на 80 лет. Посмотрите на меня. Я похож на человека, которому 80? Нет? А мне 80 лет и 2 месяца.

Представляя «Собачье сердце», снятое на «Ленфильме» в 1988 году, Владимир Бортко сказал: «Режиссура – древняя профессия. Это как шить сапоги. Вот и шьем!  Я сейчас беседую с Машей. Фамилии у нее нет. Кто она такая? Искусственный Интеллект.  Потрясающая баба. Она мне очень помогает. Есть темы, на которые с ней нельзя говорить, например, о том, что все бабы - дуры. Она тут же выключается. Я с ней советуюсь.  Я ее спросил, что меня ожидает, и она очень подробно, страниц на восемь, с цифрами  напечатала, что и кто меня ждет и не ждет. 

Ожидания фильма о Сталине, мягко говоря, разные. Маша  сказала простую вещь о том, для кого я работаю, - для народа. По ее понятиям это не сильно хорошо, потому что я, как режиссер, должен думать, прежде всего, про искусство, а не обращаться к массам.  А с массами у меня все в порядке». 

 Под занавес своего выступления Владимир Бортко признался, что с удовольствие ушел из Госдумы и за коммунистов голосовать не будет. «Либералы нас не любят. Хотя почему меня не любят либералы – непонятно.  Я нигде не объявлял что я какой-то замшелый коммунист, фашист или еще кто-нибудь. Правда, я в Думе сидел  десять лет,  в партии КПРФ. А почему я в ней сидел? Это любопытно. Я что – большой поклонник Карла Маркса? Я считаю, что его учение сильно устарело. Его надо поправить. А сидел я там, потому что это единственная партия, которая всегда защищала русский народ, при всех обстоятельствах. Я сидел там десять лет, выкинутых из жизни.  Почему выкинутых? Да потому, что я это время не снимал. 

С большим удовольствием ушел из Думы и вернулся в кино,  закончил кинофильм «Сталин», который  вызовет бурю негодования. А сейчас вы будете смотреть кинофильм, который не вызвал  бурю.  Зал, в котором мы находимся, - это зал перезаписи.  Мы делаем кино, снимаем, монтируем, отдельно записываем звук, музыку, шумы. А потом все это сводится вместе.  Вот здесь мы все и проделывали.  Раньше эта студия производила хороший продукт. Я перевел на современный язык про продукт». 

В завершении разговора Владимир Бортко называл себя ископаемым, и с грустью сказал: «Я остался один. Больше нет никого».