Космический талант: яркая судьба и короткая жизнь Олега Даля

МОСКВА, 25 мая — РИА Новости, Павел Сурков. Сегодня исполнилось бы 85 лет Олегу Далю — одному из самых любимых зрителем, популярных и загадочных артистов советского кино. Яркая внешность, фантастическая харизма, удивительная пластика, человеческая легкость — и при этом он мог удерживать в себе удивительный по накалу творческий нерв, который считывался даже в самых, казалось бы, несерьезных его ролях. О судьбе и творчестве актера — в материале РИА Новости.

Даль гордился своей фамилией — действительно, по одной из семейных легенд, корни его уходили в Луганск, откуда был родом создатель знаменитого "Толкового словаря живого великорусского языка". Прямого родства вроде бы не было, но Олег Даль и внешне удивительно напоминал легендарного однофамильца (и вполне мог бы сыграть его в кино). В юности он хотел стать летчиком, но подвело здоровье — ранние проблемы с сердцем. А потом, прочитав "Героя нашего времени", Даль заявил: "Я должен стать артистом, чтобы сыграть Печорина".

Кстати, читал Даль много и вдумчиво: в его дневниках — подробные разборы книг, в том числе и на английском языке, которым он прекрасно владел. Среди любимых произведений — мелвилловский "Моби Дик". В Щепкинском училище Даль очень тщательно работал над текстами ролей, более того, даже сам пытался что-то сочинять, но потом разочарованно отметил в дневнике: "Понял: пьесы мне не написать. Я еще слишком мал и глуп".

Его Алик в фильме "Мой младший брат" — экранизации "Звездного билета" Василия Аксенова — сразу привлек внимание и зрителей, и профессионалов. Нервный, рефлексирующий и очень трогательный молодой человек — именно таким Даль вошел в кинематограф, и по большому счету это амплуа составляло его творческое кредо. Его заметили в "Современнике" и приняли в труппу — в тот момент это был самый экспериментальный, богатый на неожиданные творческие решения и наполненный свободой театр. В труппе Даля называли "Олежек" или "Олененок", чтобы отличать от старших товарищей — Ефремова и Табакова.

Некоторые выходки Далю не сразу прощали — например, когда он в спектакле "Валентин и Валентина" присел на край сцены и попросил у зрителя в первом ряду закурить. Но все искупал фантастический талант: когда Галина Волчек поставила "На дне", где Даль сыграл Ваську Пепла, эта роль стала настоящим событием для всей театральной Москвы. Профессиональные критики обошли работу Даля стороной, однако зрители были в восторге: Михаил Козаков даже боялся, что артист "сгорит в этой роли", настолько он был искренен и органичен.

А в кино его диапазон был необычайно велик — от сказочных героев в "Старой, старой сказке" и "Тени" до легкомысленного ловеласа в гайдаевской "Не может быть!". Легким и воздушным, при этом меланхоличным и отважным был его принц Флоризель. Отчаянным и лихим — Крестовский в "Земле Санникова" (на эту роль сперва пробовался Владимир Высоцкий, но Госкино не утвердило "сомнительного" актера). Песню "Есть только миг" исполнил сам Даль, однако в фильме оставили более "профессиональную" фонограмму Олега Анофриева, на что Даль сильно обиделся.

Когда ему попадал в руки сильнейший драматургический материал, он раскрывался необычайно. Шута в "Короле Лире" Козинцева Даль сыграл на каком-то совершенно космическом уровне — настолько органично влился в роль, столь мощно показал и трагизм, и отчаяние, и мудрость персонажа. Таков был и его Зилов в "Отпуске в сентябре" по пьесе Вампилова "Утиная охота" — некая квинтэссенция современного "лишнего человека".

Он подарил свой голос профессору Мориарти в "Приключениях Шерлока Холмса и доктора Ватсона" Игоря Масленникова — и этот слегка приглушенный и зловещий тембр многое добавил образу и без того инфернального профессора.

Но главную мечту Даля осуществил Анатолий Эфрос в телеспектакле "Страницы журнала Печорина". Прекрасный актерский ансамбль — Андрей Миронов, Леонид Броневой, Ольга Яковлева — плюс точная, филигранная режиссура сделали этот проект настоящим культурным событием. Именно поэтому, покинув "Современник", Даль пришел в Театр на Малой Бронной к Эфросу. Но увы — противоречивый и не всегда уступчивый характер сыграл с ним злую шутку. На репетиции "Продолжения Дон Жуана" Эдварда Радзинского актер и режиссер рассорились в пух и прах, Даль покинул труппу, а Эфрос спешно заменил его в спектакле Андреем Мироновым.

Говорят, что Олег Даль предчувствовал ранний уход из жизни. Однажды на гастролях он увидел траурную процессию, где гроб везли на катафалке, запряженном вороными лошадьми. "Как красиво, — пробормотал артист. — А меня повезут по Москве в закрытом автобусе". Он вернулся в Малый театр, на подмостки которого выходил студентом, ему предложили роль Ежова в спектакле "Фома Гордеев". Сохранился текст роли, весь испещренный пометками Даля. Но до премьеры артист не дожил: сердце его остановилось 3 марта 1981 года.