«Выбор невелик»: эксперты разошлись в оценках ситуации с дефицитом бюджета

По итогам прошлого года недостача в казне составила 5,64 трлн рублей — около 2,6% ВВП. Изначально она планировалась в размере 1,17 трлн рублей или 0,5% ВВП. Однако затем прогноз корректировался дважды. При этом только за минувший январь дефицит составил 1,7 трлн рублей, что выше показателя за аналогичный период 2025-го на 252 млрд рублей. Минфин связывает ситуацию с «опережающим финансированием расходов внутри года», подчеркивая, что она «не окажет влияния на исполнение целевых параметров структурного баланса на текущий год в целом».

Между тем в январе бюджет получил доходов от нефтегазового экспорта в размере всего 393 млрд рублей, это на 50,2% меньше, чем в январе 2025-го.  

Согласно проекту правительства на 2026 год, дефицит сократится до 3,8 трлн рублей, а 2027-м составит 3,2 трлн рублей. Покрывать его власти собираются за счет средств «кубышки» ФНБ, внешних и внутренних заимствований, повышения налогов.

«Если будет выбор, как финансировать возникающий дефицит бюджета, то этот вопрос будет, конечно, затрагивать вопросы денежно-кредитной политики. И нам надо в этом смысле тогда скоординировать с Банком России такие подходы», - заявил Михаил Мишустин во время ежегодного отчета правительства перед депутатами Госдумы. Мы спросили экспертов, какими источниками располагает кабинет министров, и что может ему помешать в работе? Собеседники «МК» заметно разошлись в оценках происходящего.  

Артур Леер, вице-президент Ассоциации экспортеров и импортеров:

«Когда речь заходит о финансировании дефицита бюджета, важно не вырывать ситуацию из общего контекста. Да, доходы от энергоносителей снизились, и это объективная реальность последних лет. Но при этом у экономики сохраняется серьезный запас прочности. Это принципиальный момент: мы не находимся в точке экстренного реагирования, когда требуется срочно латать дыры любой ценой. Речь, скорее, идет о корректировке стратегии и перераспределении акцентов. Один из ключевых источников компенсации выпадающих доходов — переориентация внешних рынков и наращивание поставок в дружественные страны. Эта работа уже ведется, и динамика стабилизации рынка энергоносителей заметна. Переориентация заняла время, это неизбежно при перестройке логистики и контрактной базы, но сейчас наступает этап увеличения объемов.

Не менее важный фактор — рост несырьевого неэнергетического экспорта почти на 10% за десять месяцев 2025 года (он превысил $156 млрд). Основными драйверами стали машиностроение, химическая промышленность и металлургия. Правительство не раз акцентировало внимание на необходимости снижения зависимости от сырьевой модели, и сейчас мы видим эффект. Расширение производства, развитие переработки, поддержка новых направлений — все это формирует дополнительные налоговые поступления и снижает давление на казну.

Отдельно стоит сказать о налоговой политике. Повышение НДС в 2026 году и сокращение лимитов по УСН (налоговый режим для малого и среднего бизнеса) и ИП усиливают доходную часть бюджета, но одновременно создают проблемы предпринимателям. В этой связи разумно обсуждать более точечные инструменты — например, усиление налогообложения предметов роскоши и элитной недвижимости. Перспективным направлением выглядит также программа конверсии: предприятия ВПК, обладая мощной производственной базой и квалифицированными кадрами, могли бы параллельно с военной продукцией выпускать гражданскую. В общем, варианты финансирования дефицита есть, и они лежат не только в плоскости заимствований, а в более глубокой структурной трансформации экономики».

Алексей Зубец, директор Центра исследований социальной экономики:

«Чтобы сократить дефицит бюджета, необходимо расширить налоговую базу, что невозможно без оживления экономики. Сейчас она в стагнации из-за высокой ключевой ставки. Значит, во-первых, денежно-кредитную политику надо кардинально смягчить. Во-вторых, можно более активно продавать золото из состава международных резервов, его у государства достаточно много. В-третьих, можно занимать на внутреннем рынке, хотя это слишком дорогое удовольствие для правительства, опять же, из-за высокой ставки ЦБ. Что касается вероятности повышения налогов, я её не вижу, поскольку дальше уже некуда. А так очень уж большой дыры в бюджете на сегодняшний день нет, власти как-то справляются с этим.

Главное дилемма, главное противоречие для них в следующем: если опустить ставку сразу на несколько процентных пунктов, может обрушиться вся эта пирамида банковских депозитов на совершенно гигантскую сумму в 67 трлн рублей. Чтобы люди не ринулись всем миром забирать свои деньги, которые уже не приносят им прежний доход, ЦБ не делает резких шагов».    

Игорь Николаев, главный научный сотрудник Института экономики РАН:

«Выбор невелик: если у вас нет (или мало) денег, вы можете либо их занять, либо попытаться больше их собирать, либо на чем-то сэкономить, чтобы уменьшить расходы. А если есть кубышка – начать её тратить. Налоги уже повысили достаточно, но я думаю, что впереди нас ждет усиление фискальной нагрузки. В любом случае, в нынешней ситуации правительство будет обращаться ко всем источникам без исключения. В том числе – к ФНБ, по причине очень серьезного недобора сырьевых доходов из-за низких цен на отечественный сорт нефти Urals и сокращения физических объемов экспорта. Конечно, Минфин заинтересован в том, чтобы какая-то заначка у него оставалась, но, чтобы сохранить ФНБ, а не «вычерпать до дна», необходимо пересмотреть параметры бюджетного правила. Что, видимо, и будет сделано.

А вообще, лучше бы росла налогооблагаемая база, по причине ускорения темпов экономического роста. Сейчас же мы наблюдаем стагнацию, в том числе, из-за достаточно высокой ключевой ставки, из-за крайне негативной динамики инвестиций в основной капитал. И я не вижу оснований для благодушных прогнозов: в текущих условиях экономика не способна генерировать тот объем доходов, который позволит легко решить проблему бюджетного дефицита. Источники финансирования понятны, но у каждого из них есть свои минусы и ограничения».