«Баротравма, инсульт, год восстановления»: как бойцы СВО возвращаются на передовую

«Что мне на гражданке делать?»

«В меня же HIMARS прилетел, — смеётся фельдшер с пиратским позывным Флинт, как будто всё ещё радуясь тому, что выжил тогда, победил смерть. — Баротравма, инсульт, год восстановления. До сих пор подвижность правой стороны не полностью восстановилась».

Но эти травмы не мешают Флинту шуровать кочергой в печке блиндажа, его персональном «медкабинете». От прочих блиндажей этот отличается разве что шкафом с лекарствами, но всё же, шутит боец, это ещё и приёмный покой.

Флинт много раз ходил вытаскивать раненых — однажды даже встретившись лоб в лоб с группой вражеских медиков. Тогда, впрочем, и наши, и враги были заняты больше тем, чтобы вытащить своих «трёхсотых», и столкновение не переросло в бой. На линии соприкосновения Флинт работал постоянно, но по иронии судьбы самую тяжёлую травму он получил на полигоне, когда по их расположению прилетели ракеты HIMARS.

Потом начмед батальона расскажет, как Флинт вытащил его на себе, доволок до КПП и только там потерял сознание. Но очнувшись в госпитале, Флинт помнил только две вспышки — и дальше он приходит в себя в кровати, полупарализованный и без зубов. Спасал своего командира фельдшер, можно сказать, чистым усилием воли.

«Из-за ударной волны пошла баротравма, защемление позвоночной артерии и инсульт. А из-за инсульта лицевой спазм мне выдавил челюсть. Вся правая сторона у меня отнялась. Супруга меня год выхаживала, она тоже медработник», — говорит собеседник RT.

На медкомиссии ему чуть не поставили категорию годности D, после которой боевой путь Флинта закончился бы. Но фельдшер сам воспротивился и добился того, что ВВК признала его способным даже служить и воевать.

«Ну а что мне на гражданке делать? — пожимает плечами он. — Я и сейчас понимаю, что мне там на «скорой» тяжело будет». «Тяжело» означает «морально тяжело», призвание Флинта — спасать, и на СВО он спасёт больше, он это понимает.

«Там, в основном, на вызовах такие вещи, как простуда, кашель, давление. А здесь — интереснейшие ситуации! — как будто извиняется за свой порыв служить Флинт. — Даже когда на полигоне — интересного хватает. Что далеко ходить, вот у нас недавно товарищ пальцы отморозил. И чтобы их ему не ампутировали, я провёл ему весь спектр нужных операций: снятие кожи, вырезку повреждённых волокон. И получилось-таки пальцы сохранить! Там такого не будет, на гражданке».

Флинт не единственный, кто не покидает СВО, потому что здесь его призвание. Астраханца Тихого хотели списать после того, как осколки дрона изувечили ему ноги и локоть. Он работал в группе эвакуации и шёл вытягивать товарища, но был ранен сам.

• RT