О бывшем защитнике «Спартака» Владиславе Дуюне после завершения карьеры было известно не так много. В отличие от многих одноклубников, он не работал телевизионным экспертом и практически не давал комментариев СМИ. Не пробовал себя чемпион России и на тренерском или административном поприще.
Поэтому его уход из жизни на 50-м году стал настоящим шоком для болельщиков. Первыми о произошедшем сообщили в социальных сетях красно-белых. Позже эту скорбную информацию подтвердили в «Ростове», цвета которого он защищал с 1998 по 2001 год.
По словам старшего брата футболиста, Владимира, причиной трагедии стал рак поджелудочной железы, с которым Владислав боролся последние полтора года. Трагично, что 11 лет назад от онкологии также скончалась его супруга.
«Влад хорошим парнем был, о нём все его партнёры хорошо отзывались всегда. Одно время занимался молодёжью, но после того как умерла жена, сосредоточился на детях», — цитирует Дуюна-старшего «Матч ТВ».
Он уточнил, что похороны пройдут 18 июля в Подмосковье.
Одним из немногих, кто поддерживал с ним близкие отношения до последних дней, был бывший одноклубник по «Ростову» Владислав Тернавский. Он рассказал, что в последний раз общался с другом в субботу, 11 июля.
«По футбольным критериям он всегда был трудолюбивым на поле и никогда никому не предъявлял претензий. У него умерла супруга от онкологии в 2015-м. И осталось трое детей — две девочки и один мальчик. Старшей дочери 18 лет, мальчику — 16, он учится в военном училище. Младшей дочери — 14», — приводит слова Тернавского «Чемпионат».
Хотя Дуюн и не стал звездой «Спартака», его карьера вышла достаточно любопытной, а начиналась и вовсе поистине сказочно. Футболом он начал заниматься в родном Измаиле, а затем попал в харьковское Училище олимпийского резерва. Оттуда его и пригласили на просмотр в «Спартак» в 1996 году.
Юноша воспользовался шансом всей жизни на 100% и сумел отлично себя зарекомендовать. Олег Романцев был настолько впечатлён Владиславом, что сразу предложил ему подписать контракт, и тот долго не раздумывал.
«Когда я только приехал в «Спартак», у меня был юношеский максимализм. В первый раз вошёл в его кабинет, и мы спокойно поговорили. Несмотря на свои титулы и регалии, он абсолютно нормально меня принял. Понял все мои проблемы. Меня это даже немного шокировало. Никакой дистанции между нами не было. Не могу назвать его замкнутым человеком. Возможно, это проявлялось в общении с прессой. Но когда он выходил на тренировку, то нормально со всеми общался», — вспоминал защитник в интервью изданию «Спорт день за днём».