Максу Ферстаппену больше не нужно одерживать победы, чтобы оставаться на первых полосах газет. В нынешнем сезоне четырёхкратный чемпион мира «Формулы‑1» пока не поднимался на подиум и впервые за пять лет не добился успеха на Гран‑при Японии, заняв лишь восьмое место. Но внимание поклонников королевских гонок в эти дни было приковано не к результатам гонки, победу в которой отпраздновал 19‑летний Андреа Кими Антонелли — самый юный лидер общего зачёта в истории, — а к поведению Ферстаппена.
Ещё до старта уик-энда в Сузуке он спровоцировал скандал во время пресс-конференции, отказавшись общаться в присутствии британского журналиста Джайлса Ричардса и в буквальном смысле выгнал его из зала, несколько раз указав на дверь.
Конфликт с колумнистом The Guardian тянется с прошлого декабря. Во время общения со СМИ в Абу‑Даби британец задал Ферстаппену вопрос об инциденте в Барселоне (тот после рестарта сначала срезал первый поворот, а потом столкнулся с Джорджем Расселлом, из-за чего заработал после финиша штраф 10 секунд и опустился с пятого на десятое место). Именно потеря девяти очков на Гран-при Испании отчасти лишила его титула — Ландо Норрис опередил нидерландца в общем зачёте всего на два.
Тогда гонщик обвинил репортёра в надменном поведении. Как оказалось, воспоминание о том событии не давало ему покоя всё межсезонье. За коллегу вступились другие представители СМИ: они призвали руководство Международной автомобильной федерации (ФИА) соблюдать правила свободы слова.
Впрочем, этот инцидент отошёл на второй план из‑за новых заявлений Ферстаппена, прозвучавших уже после заезда в Японии. В беседе с BBC он впервые открыто допустил возможность ухода из «Формулы‑1» в конце года. Пилот признался, что спорт перестал доставлять ему удовольствие.
«Я легко могу принять, что финиширую седьмым или восьмым, как сейчас. Ведь я понимаю, что невозможно постоянно лидировать, невозможно каждый раз быть первым или вторым или бороться за подиум. Но в то же время для гонщика противоестественно, если при этом тебе не нравится всё, что за этим стоит. Разумеется, я стараюсь к этому приспособиться, но такие гонки не доставляют удовольствия. Это в каком‑то смысле противоречит духу гонок. И в какой‑то момент (понимаешь. — RT): да, просто это не то, чем я хочу заниматься», — признался Ферстаппен.