Олимпийские игры — это всегда история про медали. Есть целая категория болельщиков, искренне полагающих, что художественная составляющая в фигурном катании зачастую способна перевешивать результат. Однако, как правило, прокаты «художников» на главных соревнованиях четырёхлетия получаются менее вдохновенными и раскованными, нежели на следующих за ними чемпионатах мира — слишком велико нервное напряжение. Так что, наверное, не стоит лицемерить: миланский танцевальный финал был интересен прежде всего битвой за золотую медаль двух абсолютно равноценных дуэтов — американского и французского.
На протяжении всего сезона складывалось и крепло впечатление, что Международный союз конькобежцев в каких‑то высших своих сферах уже определил в чемпионы Фурнье‑Бодри и Сизерона. За парой‑новоделом стояла уникальная история, способная привлечь гораздо большее внимание к своему виду спорта, нежели байопик о дуэте, который на протяжении четырёх олимпийских циклов шёл к олимпийскому золоту, собирая на этом пути все возможные титулы, кроме главного, и под занавес карьеры всё‑таки получил вожделенную медаль после трёх подряд выигранных чемпионатов мира.