В учениях принимают участие 64 тысячи солдат и офицеров, свыше 7800 единиц военной техники, в том числе свыше 200 ракетных пусковых установок, более 140 летательных аппаратов, включая стратегические ракетоносцы, 73 надводных корабля и 13 подлодок, из которых 8 – ракетные подводные лодки стратегического назначения. Цифры говорят сами за себя: масштаб учений если и не беспрецедентный, то как минимум крупнейший за последние годы.
Несомненно, что это демонстрация ракетно-ядерной мощи России и громкое предостережение не в меру осмелевшим европейским политиканам самого разного калибра, уже открыто призывающим к прямому нападению блока НАТО на нашу страну, для начала — на Калининградскую область.
Но вполне возможно, что проведение столь крупномасштабных учений одновременно с зарубежным визитом Верховного главнокомандующего имеет и ещё одну цель. По крайней мере, так считает ветеран СВО в составе добровольческого Казачьего батальона «Таврида», член госсовета Крыма Вадим Иловченко. Своим мнением он поделился с «МК»:
- Основная концепция предназначения нашего ядерного щита – защита неприкосновенности государственной границы и территории страны в целом. Само существование такого щита – некое предостережение нашим недругам о том, что мы могущественное государство с возможностью нанесения удара ракетно-ядерным оружием, причём, как ответного и ответно-встречного, так и превентивного. И даже если Главнокомандующий Вооружёнными силами отсутствует на территории государства по каким-либо причинам, то это не означает, что наш ракетно-ядерный щит не сработает.
Зачастую на войне бывает, что командир по какой-то причине не может командовать - то ли ранен, то ли вообще выбыл из строя, но ведь поставленная подразделению, части или соединению задача должна быть выполнена и в его отсутствие! Для этого заранее определяется порядок замещения командира.
Именно это, только в несравнимо более крупном масштабе, мы с вами сейчас и наблюдаем. Проводится отработка алгоритмов действий основного звена управления стратегическими силами в условиях отсутствия на территории страны первого лица.
Разумеется, при нашем президенте всегда военно-морской офицер с так называемым «ядерным чемоданчиком», где содержатся пусковые коды для наших ракет. То есть «бразды правления» ядерной мощью страны — у президента, где бы он не находился. Такие же устройства есть у министра обороны Андрея Белоусова и у начальника Генштаба Валерия Герасимова. Тем не менее, согласитесь, одно дело, когда Верховный находится на территории своей страны, и совсем другое — когда он за рубежом.
Пример немного из другой области, но когда-то Генри Форд проводил нечто подобное у себя на заводе. Он отправлял главных менеджеров в незапланированный отпуск и наблюдал как развивалась ситуация в их отсутствие. И там, где производственный процесс давал сбой, он безжалостно проводил кадровые перестановки среди менеджеров высшего звена!
Задумал ли нечто подобное наш президент и Главнокомандующий? Хочет ли он как бы со стороны взглянуть на работоспособность структуры в целом? Это нам, конечно, неизвестно, но аналогии почему-то напрашиваются сами собой. Во всяком случае лично у меня сложилось именно такое впечатление после прочтения новостей о начале учений и параллельном визите Владимира Владимировича в КНР…