Впрочем, связано это не с фигурой самого нового жильца известного здания на Даунинг-стрит. В отличие от зацикленного на внешней политике сэра Кира Стармера, его сменщик нацелен в первую очередь на внутреннюю политику. Причина особой токсичности новой британской правительственной команды для России состоит в политике, которого Бёрнэм назначил на ключевой в лондонской иерархии пост канцлера казначейства (министра финансов, если по-нашему).
До прошлого месяца Джон Хили занимал в правительстве Стармера пост министра обороны и в этом качестве был главным лоббистом повышения британских военных расходов и интересов Украины. Но в прошлом месяце у него со Стармером вышла публичная ссора. Хили обиделся на то, что его ведомству не выделили адекватного (по его мнению, разумеется) финансирования. Министр обороны громко хлопнул дверью, обвинив премьера в том, что он то ли не хочет, то ли не может воздействовать на казначейство.
Это окончательно утопило репутацию Стармера и сделало неизбежным его скорый уход с должности. А вот его обидчик Хили, как мы видим, напротив, политически возродился в должности руководителя казначейства – того самого ведомства, которое еще совсем недавно отказывало ему в повышении оборонных расходов. Подробная кадровая «загогулина» явно свидетельствует о наличии у нового премьера Бёрнэма хорошо развитого чувства юмора.
Этот мой вывод подкрепляется слухом о том, что пост министра обороны в своем новом кабинете Бёрнэм первоначально предложил Рэчел Ривз – той самой экономной даме, которая, будучи до самого недавнего момента канцлером казначейства, отказала Хили в повышении расходов на военные нужды. Та, правда, отказалась от должности главы министерства обороны, и довести шутку до её логического завершения у Бёрнэма не получилось.
Но это, конечно, «лирика». Не «лирикой» является то, что выбивание средств на дальнейшее разбухание британских оборонных расходов и поддержку Украины является для нового канцлера казначейства вопросом сохранения или потери лица.
А терять лицо Джон Хили точно не намерен. В России сейчас модно издеваться над британским политическим классом и огульно считать всех его представителей легковесными фигурами в стиле неудачницы Лиз Трасс или её предшественника на посту премьера весельчака Бориса Джонсона. При всей своей любви к «шуткам юмора» считаю подобный подход не очень продуктивным. А по отношению к Джону Хили он не продуктивен вдвойне: новый британский министр финансов – это очень опытная, авторитетная и основательная фигура. Помогать Зеленскому он тоже будет основательно и всерьез.
Впрочем, без появления Джона Хили на ключевой должности в новом британском кабинете министров без поддержки Лондона киевский начальник тоже бы не остался. После неожиданного результата референдума о членстве Великобритании в Европейском союзе в 2016 году в политической жизни Соединенного Королевства что-то сломалось. Кадровый состав высших органов государственной власти стал меняться с необычной для этой страны быстротой. Но эта кадровая чехарда (пять премьеров всего за 10 лет!) никак не повлияла на некоторые новые британские политические традиции.
Например, по сложившемуся консенсусу пост министра внутренних дел непременно занимает женщина из этнических меньшинств. Так как главной обязанностью руководителя этого ведомства является борьба против миграции, то возникает ситуация в духе «старого доброго» британского лицемерия: дамы с именами вроде Прити Патель или Шабана Махмуд делают все, чтобы менее везучие граждане со сходными именами не имели никаких шансов приземлиться на берегах туманного Альбиона.
Еще одна новая британская политическая традиция – неформальное квотирование. Например, Бёрнэм уволил трех членов кабинета министров Стармера, представляющих некое запрещенное и признанное в России экстремистским движение. Но зато в его собственный кабинет вошли три других политика – два представителя и одна представительница того же самого движения. Бёрнэм не включил в правительство чернокожего заместителя Стармера, но зато назначил чернокожую даму министром энергетики.
Ну и, наконец, третья новая британская политическая традиция – абсолютное, почти стопроцентное согласие всего правящего класса по вопросу поддержки Украины. В этом лейбориста совершенно невозможно отличить от консерватора, а армейского генерала от журналиста какого-нибудь левого издания. Поэтому не будем слишком сильно концентрироваться на фигуре Джона Хили. Хили, Стармеры и Бёрнэмы приходят и уходят, а одержимость Лондона Украиной, к сожалению для России, остается.