Как сказал глава Росатома Алексей Лихачев, всех настораживает тренд на эскалацию конфликта в регионе. Удар был нанесен по территории, прилегающей к зданию метрологической службы станции, фактически по контуру физической защиты объекта. В результате взрыва погиб один из сотрудников службы безопасности АЭС, гражданин Ирана. Кто именно нанес удар — официально не подтверждено, однако Тегеран обвиняет в произошедшем США и Израиль.
Несмотря на произошедшее, первый энергоблок АЭС «Бушер» продолжает работу в штатном режиме. Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) сообщило, что повышения уровня радиации в районе станции не зафиксировано.
Тем не менее генеральный директор МАГАТЭ Рафаэль Гросси выразил «глубокую обеспокоенность», заявив, что объекты АЭС и прилегающие территории никогда не должны подвергаться атакам, так как даже во вспомогательных помещениях может находиться критически важное для безопасности оборудование.
Особое внимание в этой ситуации уделяется российскому присутствию на станции. АЭС «Бушер» — единственная действующая атомная электростанция Ирана, построенная при непосредственном участии России. Глава Росатома отметил, что Президент России Владимир Путин лично наблюдает за развитием ситуации, уделяя отдельное внимание работе станции и безопасности российского персонала.
Фактически сразу после сообщения об ударе началась основная волна эвакуации российских специалистов. Автобусы с 198 россиянами отправились в сторону ирано-армянской границы спустя примерно 20 минут после инцидента. Это была запланированная меры, но ее реализацию пришлось ускорить. Ранее сообщалось, что станцию покинут до 200 человек, чтобы оставить минимум персонала для поддержания работоспособности оборудования.
«Вероятность риска нанесения ущерба, возможного инцидента ядерного содержания, к сожалению, только увеличивается день ото дня», — констатировал Лихачев, подчеркнув опасность происходящего.
«МК» попросил прокомментировать ситуацию военного эксперта Александра Уварова.
– Насколько этот удар у границ «Бушера» отличается от предыдущих и реален ли сейчас риск серьезной аварии?
– Отличие колоссальное и пугающее. Раньше били по городу Бушер, по объектам инфраструктуры вдалеке. Сейчас снаряд прилетел непосредственно на промплощадку, где находится реактор. Это уже не «рядом», а фактически по территории. Да, сейчас повезло: попали во вспомогательное здание метрологической службы, не задев реактор. Но удар пришелся в контур физической защиты станции .
Риск аварии реален как никогда. В реакторе 72 тонны ядерного топлива, а на территории станции – 210 тонн отработанного топлива. Это огромная масса делящихся материалов. Если повредить систему охлаждения или сам реактор, мы получим катастрофу, которая затмит Фукусиму и Чернобыль, учитывая близость крупных городов и Персидского залива. «Окно Овертона» действительно открылось, и это очень опасно.
– В чем заключается ключевая роль России на АЭС «Бушер» сейчас, когда идет война?
– Россия – не просто подрядчик. «Бушер» – это наша гордость и наша зона ответственности. Станция построена нами, и хотя основной эксплуатационный персонал – иранский, российские инженеры и консультанты обеспечивают высший уровень безопасности и контроль критически важных узлов. Официально это помощь, но по факту – гарантия того, что станция не встанет.
Эвакуация 200 человек – это правильное решение. Это не бегство, а сокращение рисков. Зачем держать лишних людей под бомбами? Эвакуируют в основном строителей второго и третьего блоков и часть вспомогательного персонала. Но обращу внимание: 50 ключевых специалистов остаются. Они будут поддерживать работоспособность первого блока до конца. Москва показывает: мы отвечаем за свой атом, но жизни наших граждан бережем.
– США и Израиль не подтвердили удар, но Иран уверен в их вине. Как вы думаете, на что рассчитывала нападающая сторона и почему они не боятся задеть реактор?
– С точки зрения физики это безумие. Либо они надеются на «высокоточность», либо играют в опасную игру на нервах, показывая, что могут бить куда хотят. Расчет может быть на то, чтобы спровоцировать панику, заставить Иран отвлечь силы на защиту АЭС.
Но они ошибаются, если думают, что это останется локальной проблемой. Любая серьезная авария на «Бушере» не признает границ. Радиоактивное облако пойдет не только на Иран, но и на весь Персидский залив – в сторону Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов, где находятся американские базы. Это самоубийственно для экологии региона. Думаю, они просто перешли ту грань, где техногенные риски перестали перевешивать политические амбиции.
– Достаточно ли дипломатических мер Кремля?
– Сейчас, к сожалению, дипломатия почти бессильна, когда гремят взрывы. Но Москва действует прагматично. Президент Путин держит ситуацию на личном контроле – это высокий сигнал. Росатом через МАГАТЭ транслирует данные: радиационный фон в норме, станция работает. Это «тихая дипломатия» безопасности, которая, надеюсь, предотвратит худшее.