От Жукова — к нашим дням
Отправная точка размышлений авторов — предисловие директора Института Европы. Алексей Громыко напоминает, в частности, о словах маршала Победы Георгия Жукова, произнесенных в 1955 году на совещании в Министерстве обороны: «Сейчас у нас есть ядерное оружие, и если мы его применим, то не будет ни тыла, ни фронта, ни коммуникаций — всё будет уничтожено».
Маршал, по мысли автора, ясно понимал: ядерная война не оставляет победителей, а потому разговоры о ней — это разговоры о самоубийстве цивилизации.
Автор предисловия привел интересный эпизод из воспоминаний директора и основателя Института Европы РАН, академика РАН Виталия Владимировича Журкина. В январе 1957 года министр обороны СССР маршал Георгий Константинович Жуков посетил Индию. Для сверки английского перевода привлекли Журкина, который был в составе пресс-группы, сопровождавшей знаменитого военачальника. Когда молодой специалист увидел в тексте маршала тезис о том, что ядерная война может кончиться всеобщей катастрофой, то забеспокоился, поскольку это расходилось с официальной позицией: в новой мировой войне погибнет капитализм. Набравшись смелости, он подошел к Жукову, чтобы указать на это несоответствие. «Маршал на меня внимательно посмотрел, — рассказывал Журкин, — усмехнулся и спросил: «А ты взрыв атомной бомбы видел?» — «Нет». — «Ну, когда увидишь, приходи», — сказал Жуков и пошел читать лекцию».
Глубоким пониманием последствий возможной ядерной войны, к счастью, обладали тогда многие представители послевоенной политической элиты. Память о самой разрушительной мировой войне и ясное представление о катастрофических последствиях применения десятков тысяч ядерных зарядов США и СССР удерживали политиков от рокового шага.
Так случилось, например, во время октябрьского 1962 года Карибского кризиса, когда президент США Джон Кеннеди и советский лидер Никита Хрущев были в шаге от отдачи приказа на применение ядерного оружия, но сумели отойти от края пропасти.
Поэтому Алексей Громыко подчеркивает: именно память о войне, о цене Победы должна служить сегодня главным предохранителем от новой катастрофы. Однако вместо этого европейские политики всё чаще используют историю в обратном направлении — не как предостережение, а как оправдание.
Ученый прямо говорит, что «искажение истории Второй мировой войны стало для ряда европейских политиков удобным инструментом обоснования антироссийского милитаристского курса и расширения НАТО». Прошлое здесь работает как топливо для военных бюджетов настоящего.
Что внутри
Монография охватывает широкий круг сюжетов — от попыток переписать итоги Нюрнберга и уравнять СССР и нацистскую Германию до борьбы вокруг памятников советским воинам-освободителям в Восточной Европе. Авторы анализируют, как в странах Балтии, Франции, Великобритании, Германии, Дании, Швеции, Финляндии, Норвегии, Польше, на Украине и в ряде других государств выстраивается «альтернативная» версия Второй мировой и Великой Отечественной войн, в которой освободитель превращается в оккупанта, а Победа 1945 года — в «навязанный миф».
Отдельное внимание уделено институциональной стороне: как исторические нарративы закрепляются в школьных программах, музейных экспозициях, законодательных актах и медийной повестке. Речь идет не о стихийных заблуждениях, а о целенаправленной политике, где «войны памяти» становятся подготовительной работой для вполне материальных решений — о расширении НАТО, милитаризации Украины, поставках вооружений, размещении баз, в том числе с ядерным оружием.
Например, историки и политические деятели Финляндии, которая недавно утратила нейтральный статус и стала членом НАТО, вполне серьезно утверждают, что их страна не являлась союзницей фашистской Германии в Великой Отечественной войне. А тем не менее финские войска участвовали в немецкой блокаде Ленинграда, в Финляндии был создан добровольческий батальон войск СС, против СССР воевали в общей сложности свыше 17 финских дивизий, а на ее территории располагалась двухсоттысячная немецкая армия, активно действовавшая против нашей страны. Такова историческая правда, которая не ко двору сегодня в Хельсинки.
А вот, например, премьер-министр Дании Метте Фредериксен на торжествах, посвященных 80-летию освобождения страны от нацистской оккупации, назвала «оккупантами» советские войска, освободившие остров Борнхольм.
Посол РФ в Дании Владимир Барбин в интервью датскому журналисту отметил, что в Европе, и в Дании в частности, «стремятся переписать историю, выхолащивая из нее решающий вклад Советского Союза в победу над фашистской Германией».
Ситуацию прокомментировала официальный представитель МИД России Мария Захарова. Она отметила, что Дания извращает историю исключительно по соображениям политической конъюнктуры и замалчивает тот факт, что из государств антигитлеровской коалиции, вооруженные силы которых размещались в Дании в годы Второй мировой войны, Советский Союз первым вывел свои части из страны, в отличие от Великобритании и США.
Главный тезис
Красной нитью через всю книгу проходит мысль: забвение и переписывание истории — не гуманитарная мелочь, а прямая угроза безопасности. Если подвиг советского солдата обесценивается, то и сама мысль о недопустимости новой войны слабеет. Именно поэтому авторы настаивают на защите исторической правды как на задаче государственной важности — и научной, и политической одновременно.
Монография адресована не только специалистам-историкам и политологам, но и широкому кругу читателей, которым небезразлично, в каком мире будут жить их дети. Книга вышла в издательстве «Весь Мир» и доступна в научных библиотеках и электронных каталогах Института Европы РАН.