Сложность запредельная
— Подготовились, заправились! Не забудьте снять с предохранителя. Работаем!..
Голос инструктора перебивают короткие очереди. На полигоне ставропольских десантников как всегда жарко. Работают «двойки», вся стрельба – боевыми. Вот очередная пара пошла на штурм классического опорника. С блиндажом, ходами сообщений, укрытиями от арты и дронов. В роли мишеней – манекены и щиты, есть даже такие, что имитируют дроны.
Впрочем, сегодня – акцент на грамотном прохождении углов при зачистке. Сначала в ход идут ручные гранаты. Они, к слову, тут тоже не учебные, чтобы новобранцы сразу привыкали к реальности. Вот очередная РГДэшка (ручная граната РГД) залетает точно в траншею. Через пару секунд за ней – «двоечка», инструктор и я с камерой.
— На колено первый встал. Второй, ты что там, замерз? Оружие переложил и над его головой, ближе. Короткими работаем, двадцать два, двадцать два! Пошли!
— Держу!
— Чисто!
Инструктор с позывным «Кот» придерживает подопечных за броники словно маленьких котят. Это непосвященному человеку может показаться, что парни действуют словно герои боевика: снаряга подогнана, оружие держат как профи, быстро меняют положения для стрельбы. Он же подмечает все мелочи.
— Так, стоп. Ты бросаешь гранату с отстрелом, у тебя уже здесь улетела чека.
Молодое пополнение уже месяц проходит подготовку в тыловом районе, впрочем, условия здесь максимально приближены к боевым. Проживание в блиндажах, многочасовые марши в полной выкладке и бесчисленные занятия по медицине, инженерке, тактике и огневой. Вроде бы всё как у всех. Вот только одна особенность – сложность тренировок в Воздушно-десантных войсках запредельная. Требующая хорошей физической подготовки и выносливости.
В учебном классе, где с бойцами проводит занятие командир взвода, знакомлюсь с парой свежеиспеченных десантников, только что прошедших штурмовую полосу. Стрелок с позывным «Мирон» родом из Калмыкии, контракт подписал всего два месяца назад. По призыву отслужил в далеком 2008-м, на гражданке был сварщиком. Теперь в штурмах.
— Что привело на СВО?
— Многое, — пожимает плечами боец. — Погиб брат двоюродный. Другой ранение получил. Ну, вот, пришло время, надо помочь своим. Чтобы мои дети, родители жили не боясь, чтобы знали, что мы их защищаем. Никто, кроме нас.
— Кстати, а почему именно в ВДВ? Там «срочку» проходил?
— Нет, я в танковых войсках служил. Так что был танкистом – стал штурмовиком, — смеется «Мирон», — А если серьезно, то был выбор. Думаю, а почему не в десант? Чувствую себя замечательно, здоровье позволяет. У меня брат пограничник, все хвастался, что в элитных войсках служит. А я теперь десантник. Должно же быть у нас что-то общее.
Сейчас «Мирону» 37. Дома мужчину ждут жена и двое детей. Это сейчас младший сын гордиться отцом и говорит в садике «Мой папа – герой», а поначалу отпускать на фронт главу семейства не хотели. Но с выбором смирились, приняли.
Внятно, детально
— Пообещал вернуться домой с медалью.
— С госнаградой?
— Обязательно. Теперь всё, слово надо держать.
Первое полноценное обучение в качестве штурмовика «Мирон» получил в Луганской «учебке», однако признается, что там были лишь обобщенные навыки. Здесь каждый предмет преподают подробно. Обучают тактической медицине и способам эвакуации, минно-взрывному делу – каждый штурмовик должен уметь устанавливать различные мины и сам на них не подорваться, связи – умению работать с разными типами радиостанций, маскировки на местности. Особое внимание – противодействию беспилотникам.
Учат с какой дистанции и как прицеливаться, стрелять на упреждение, грамотно уворачиваться от ФПВишек — мелких коптеров-камикадзе. И, конечно же, различным тактическим действиям. Работа в боевой двойке, тройке, в составе групп при зачистке опорных пунктов и в городской застройке.
— Здесь внятно и подетально всё объясняют, шаг за шагом. Отработка навыков до автоматизма полная идёт. — объясняет мне «Мирон». — Готовят ко всему, к любым действиям. Не важно, это будет при штурме населённого пункта, при штурме опорника. Нужно будет держать оборону, отбить накат. В общем, универсально.
— А сам как думаешь, сейчас, через месяц подготовки здесь на полигонах, есть уверенность в выполнении боевой задачи?
— Конечно есть, хоть отбавляй. Всё, что мы изучили – готовы применить на практике. Хотим внести свой вклад в Победу. Думаю, ребята подтвердят.
Одна из задач инструкторов на полигонах – провести боевое слаживание подразделений. Именно здесь формируется костяк боевых групп, определяются те самые боевые двойки и тройки. Бойцы должны понимать друг друга без лишних слов.
Наука «Боцмана»
Напарник «Мирона», немолодой десантник с позывным «Боцман», в штурмовом батальоне тоже с месяц. В армии ранее никогда не служил, всю жизнь профессионально занимался строительством, что, к слову, здесь тоже пригодилось при оборудовании позиций. Если большинство парней дома ждут жены и дети, то «Боцмана» – еще и подрастающий внук. Шлет деду рисунки, который тот бережно хранит.
— «Боцман», каким ветром занесло в десантуру?
— Все просто: надо парням помочь, стране помочь. Против нас сейчас вся Европа на самом деле. Поэтому, как я здесь оказался? Вот именно так и оказался. Я считаю, что любой мужик должен это сделать.
— А семья как на это?
— У меня дети взрослые, все отнеслись с пониманием. Сын военный, окончил военную академию и тоже на СВО. Хотел раньше сюда, но надо было доделать дела, решить вопросы домашние, семейные. Потом уже спокойно идти и помогать нашей Родине.
— А не поздно, не молодой уже?
- Учиться новому, как и воевать – никогда не поздно. У нас обучение занимает все время, за исключением приемов пищи и сна. Мне все интересно, во все стараюсь вникнуть и разобраться.
На свои 53 года «Боцман» не выглядит, разве что седина выдает возраст. Кажется, этот жилистый поджарый мужчина может дать фору любому призывнику. Признается, что тяжело было только в первые дни обучения, зато быстро сошла припухлость и ушел лишний вес.
— Рано утром проснулись – пошли на марш. С первого дня готовят к тому, что передвигаться, придётся долго. Нарабатываем ноги, спину, руки, потому что в любом случае килограмм 50 на себе тащить. Ну, и каждый день закрепляем и закрепляем навыки, постоянно нарабатываете мелкую моторику во всем, а с ней и скорость выполнения приходит.
По словам «Боцмана», спустя месяц подготовки на полигоне, определённые действия выработались до автоматизма, превратившись в рефлексы. Теперь он может оказать медпомощь не только себе, но и товарищу, умело использует различные стойки для стрельбы из разных положений, владеет навыками обращения с различным стрелковым и тяжелым вооружением, и даже знает десятки способов установки различных мин.
— Здесь более объёмно и детально преподают, более познавательно, чем в учебном центре. Очень классные у нас руководители наши, инструкторы. Все ребята боевые. Потому показывают то, что нужно действительно, а не как в книжечках написано. Например, «Кот» объясняет тактические действия, приемы с оружием. «Абаней» – инженерное дело. Я всю жизнь прожил и не знал, что вот такие у нас на вооружение стоят вещи, — признается штурмовик. — Те же мины надо уметь поставить против живой силы или бронетекники. Например, мину МОН-50 можно поставить на растяжку семерочкой, а можно и к дереву и кучей других способов. Нужно умело ее замаскировать.
— В общем, везде оказались свои маленькие хитрости, тонкости, моменты, которые нужно знать?
— Да, каждая мелочь важна в нашем деле.
— На твой взгляд, насколько универсальным должен быть боец в реалиях современной войны?
— Давайте так: штурмовик должен уметь всё. Ты штурманул, ты закрепился, ты выставил себе защиту, те же минные заграждения. Если ты этого не сделаешь, ничего не получится. Боевую задачу не выполнишь. То есть штурмовик – это и стрелок из всего, что под рукой, и сапер, и медик.
— Ну, и как, получилось за это время стать универсальным солдатам?
— Получилось, конечно. Если уж вписался, если сам пошёл, значит, всё, надо работать по полной. А иначе зачем мы все сюда пришли.