Характерно, что тренд укрепления экономических связей с Китаем в ответ на разного рода упреки и обвинения отмечают и недруги грузинской правящей партии. И все понимают, что Грузия, как и Азербайджан — обязательная часть «Среднего коридора», трансконтинентального пути из Китая в Европу. Который неизбежно будет развиваться. И что КНР уже второй по объему операций торговый партнер Грузии. И что отказ принимать ее в ЕС в Тбилиси уже давно не воспринимают как эпик фейл.
Но лидеры Евросоюза, переходящего из ступора в истерику и обратно по поводу прихода на западные рынки Китая, предпочитают продолжать в прежнем духе. Ну, или планировать скорую тарифную войну с Пекином. И продолжать верить, что в Тбилиси устанут от осуждающих деклараций.
О том, кто больше потерял и нашел от решения наказать Грузию заморозкой процедуры вступления в ЕС, “МК” поговорил с заместителем директора Института стран СНГ Владимиром Евсеевым.
- Насколько шаги Грузии в сферу экономического влияния Китая необратимы? И какое влияние они могут оказывать на политику Евросоюза в отношении Грузии?
- Отношение Евросоюза к Грузии было разное. Оно было и достаточно критичным. Китай, по-видимому, этим воспользовался. Но, я думаю, что никакой необратимости тут нет. То есть Грузия просто хочет быть и с Европейским союзом, и с Китаем, и на России зарабатывать. То есть как бы такая широкая многовекторность.
Другой вопрос, что Грузия не очень сильно хочет конфликтовать с Россией, в отличие от некоторых других государств. Потому что для неё очень выгодна данная ситуация, она поставляет нам самую разную продукцию, причем даже такую, которую не производит. Поэтому я думаю, что речь просто идёт о том, что Грузия хочет использовать разные вектора.
Но европейский вектор в политике Грузии никто не отменял, как и проамериканский. Имеются разные вектора, и каждый видит то, что хочет. Кто-то хочет видеть китайский, кто-то европейский, кто-то хочет, условно, российский, которого нет, естественно. То есть речь идёт о многовекторности, и когда Европа что-то хочет от Грузии, у Грузии есть альтернатива. Она говорит: «Ну, тогда будем дружить с Китаем». Тогда, может быть, Европа и снимет с неё элементы давления, которое имеет место быть.
Но реально мы видим, что Грузия сейчас не очень может задействовать свой транзитный потенциал, это совершенно очевидно. И его задействование там, наверное, связывают с Китаем, я так думаю. Потому что там, например, есть порты, но их по-серьёзному как бы нечем загрузить. Если бы Китай пошёл более активно в Грузию, повёз товары, были бы более активно задействованы транзитный потенциал и портовая инфраструктура, в первую очередь.
Кроме того, желательны инвестиции, потому что Грузия не хочет очень сильно зависеть в этом смысле от Азербайджана, от которого она очень сильно зависит и с точки зрения поставок нефти и топлива. То есть она наверно, хотела бы ослабить зависимость не только от Европы, но от Азербайджана тоже. Тогда появляется Китай, который хотел бы расширить сотрудничество с Грузией. Но для него это, скорее всего, просто одна из возможных альтернатив.
И опять же, в свете, например, непростых отношений Китая с Европейским союзом, может быть, расширение влияния Китая в Грузии тоже является неким элементом давления на Европу. То есть я бы такого исключать бы не стал. Плюс Китай может создавать альтернативу европейским товарам. И задействование Грузии, пусть даже не очень большое, наверное, имеет смысл.
- ЕС в истерике и панике — что им делать с Китаем? США как-то справятся, а вот Европейский союз — как бы вопрос. Может ли дружба с Китаем использоваться Грузией для возвращения к себе более благосклонного внимания Евросоюза? Или такое исключено?
- Я думаю, что вполне может быть. Здесь, с одной стороны, Китай будет использовать Грузию как некий элемент давления на Евросоюз, а Грузия, конечно, будет использовать сотрудничество с Китаем для того, чтобы говорить, мол, снимайте с нас политические обязательства. Это совершенно очевидно. То есть, получается, Грузия будет пытаться использовать улучшение отношений с Китаем как элемент торга в первую очередь с Европейским союзом. Но делать какой-то выбор в пользу Китая, я думаю, она не будет...
- А ценна ли для ЕС Грузия настолько, чтобы принимать во внимание такие её аргументы?
- Отношение к Грузии у Евросоюза двойственное. В отличие, например, от Молдавии и Украины, она даже не рассматривается в качестве страны-кандидата в Европейский союз. Грузия, например, не разделяет его политику по отношению к России. То есть, получается, с этой точки зрения, Европейский союз, конечно, хотел бы изменить Грузию. И поэтому Грузия это будет использовать, и торговаться будет. Но и сильно уступать она тоже не будет.
Понимаете, для Европейского союза всё постсоветское пространство имеет значение, всё абсолютно. А Грузия — часть постсоветского пространства. Поэтому, конечно, он будет пытаться использовать часть постсоветского пространства, Грузию, для того, чтобы оказать давление на Российскую Федерацию. То есть речь идёт в данном случае не о том, чтобы оказать давление на Китай, они хотят, чтобы ослабли российско-грузинские экономические связи. То есть цели разные: например, Китаю всё равно, как и сколько Грузия сотрудничает с Россией, а Европе это важно. И она, получается, чтобы добиться каких-то улучшений взаимодействия, скорее всего, пойдёт на уступки Грузии. Но это будет обусловлено не Китаем, скорее всего, а именно тем, что сейчас очень серьёзный товарооборот у Грузии с Российской Федерацией. И общая граница. То есть здесь для Европейского союза главное — это Россия, а не Китай.