Лихие 90-е — это время для отмороженных бандитов и разного рода аферистов-мошенников. Кто-то еще помнит лживые финансовые пирамиды Мавроди и иже с ним, ну и всякого рода колдунов и магов-чародеев. Кашпировский появился в моем кабинете начальника госправового управления мэрии Москвы без моего приглашения. Расселся в кресле около рабочего стола и заявил, что мы должны предоставить ему кинотеатр в центре Москвы для его сеансов. Я ему коротко объяснил, что мы (мэрия) ему ничего не должны и пусть ищет в другом месте, а сейчас ему надо выйти на улицу. Но он продолжал требовать уже на уровне хамства. На его несчастье в кабинете был атаман казачества из г. Дмитрова Михаил Филин: под два метра ростом, с огромными кулаками и ненавидевший Кашпировского за его гипнотические фокусы. Атаман встал, взял «колдуна» за шиворот, вывел из кабинета и спустил с лестницы, а вернувшись, как бы извинился: «Я слегка…».
Еще одну «историческую личность» своего времени, Джуну Давиташвили, я застал в приемной Ю.М.Лужкова. Она ожидала приема и была в форме армейского генерал-лейтенанта. Я тоже был в своей милицейской форме со срочным документом на подпись мэра. Вдруг Джуна закричала что-то типа «встать, когда здесь генерал!». Я ей сказал, что если у нее приступ, то можно вызвать врача, подписал у мэра документ и ушел. Знаю, что Лужков принял Джуну по просьбе Ельцина, которого она лечила от хронического пьянства, но так и не вылечила, а прожить еще несколько лет Ельцину дал академик Акчурин, сделавший сложную операцию на сердце.
Что делать, если вам не повезло столкнуться с бесноватым «целителем»? Как нас учит Церковь, надо просто перекреститься и прочитать короткую молитву: «Отче наш…» или «Богородице Дево, радуйся…». Я пробовал, знаю — эффект 100%.
Но воспоминания об этих популярных персонажах — это лишь повод поговорить о том, чем отличаются известность и героизм и кого можно считать подлинными героями своего времени. Каждый герой вроде бы связан со своим временем. Для многих сотен известных миру людей время их земной жизни давно прошло, но они запомнились, и, как бы их ни переоценивало вечно капризное общественное мнение и т.н. политика, они героями и останутся.
Известность может быть порождена участием в событиях весьма заурядной личности, которой в том числе может быть свойственно «патологическое злодейство». Все зависит от уровня нравственной культуры исторической эпохи на той или иной территории земного шара. Когда уничтожается нравственная культура (а нравственности без религии не бывает), то появляются всякие окаянные известные субъекты (не личности). Надо ли всех перечислять? Ну, Гитлер, Муссолини, ханы т.н. Золотой орды, Отто фон Бисмарк, Наполеон Бонапарт (еще хуже — Наполеон III). Про них и книги написаны, и фильмы сняты.
Есть народная поговорка: «Каждому овощу свое время». А человеку? Много написано замечательных произведений на тему «Герой нашего времени». По классике жанра — это М.Ю.Лермонтов. В школе изучали, несколько талантливых фильмов сняли; ну и, конечно, мудрые литературоведы увидели в Печорине самого Лермонтова. Хотя для его таланта это как-то мелковато — написать свой автопортрет. Портрет Печорина — это тот же портрет Дориана Грея от О.Уайльда — максимальный эгоцентризм. Заканчивается полным нравственным одиночеством и внутренним уродством, которое, как у О.Уайльда, можно скрыть только через сатанинское изображение. Лермонтов в стихах о героях своего времени написал: «Печально я гляжу на наше поколенье! Его грядущее иль пусто, иль темно…»; и еще: «Любить и ненавидеть мы не можем, ничем не жертвуя ни злобе, ни любви…».
А ведь он жил в эпоху Д.Давыдова, Пушкина, Грибоедова, Вяземского, генерала Ермолова, Паскевича, Котляревского, Раевского и им подобных. Все эти герои своего времени не знали, что такое злоба, и служили только любви к Родине и русскому народу. В то же время (плюс-минус) появилось великолепное «Горе от ума» А.С.Грибоедова, где среди прочих персонажей выделяется Чацкий, который точно попадает под вышеупомянутую характеристику Лермонтова: пустой бездельник, у которого нет понятия о любви (увы, но и о злобе тоже). Ну, с Евгением Онегиным знакомо не одно поколение людей. Он тоже герой своего времени: «…дожив без цели, без трудов до двадцати шести годов, томим бесплодным жаром…» (в оригинале: «дожив без цели, без трудов до двадцати шести годов, он мог бы пасть — но пал другой»). Скажем, я, грешный, к 26 годам окончил школу, техникум, институт и аспирантуру и ушел служить в Советскую армию (типичная биография). У меня была хорошая семья (отец, мать, бабушка, жена, дочь, а потом и еще дети появились), мой любимый дом и старый московский двор, где я вырос. Если угодно — точный образ моей Родины. Сейчас в новостях смотришь, как какая-то молодежь за деньги готова что-то взорвать, поджечь и т.п. Если бы в наше время в наш двор пришел какой-то тип с предложением чем-то навредить нашей стране, мы, дети, не стали бы вызывать милицию, а просто отколотили бы его так, что он и дорогу бы в наш двор забыл.
Список антигероев своего времени из нашей литературы можно было бы продолжать, но обратимся к антиподу времени — пространству. Может быть, оно сильно влияет на рождение, по сути, русофобов, нацистов и т.п., не ведающих любви к ближнему? В пространстве обывателя это территория, ему известная: село, станица, хутор, город и, наконец, губерния — то, что сейчас область или край. Мой пример о нашем родном дворе правильный, но это пока мы были подростками и нам запрещали отлучаться от двора даже на наш тихий по тем временам Б. Ивановский пер. (ныне ул. Забелина). В родном дворе было уютно, но время взросления выгоняло нас в другое пространство. Здесь надо искать у христианских философов их мысли о связи времени и пространства.
Любой человек скажет: ну что тут философствовать — кончились мамки, няньки, ну и идешь поневоле в некую «туманную даль», а там как в сказке: «налево пойдешь — коня потеряешь; направо пойдешь — сам погибнешь, а прямо пойдешь — вместе с конем погибнешь». А где это «прямо»? Оно одновременно и во времени, и в пространстве. И это не география и не геометрия. Философы попытались нам объяснить соотношение времени и пространства столетиями, ведь от этого зависит выбор героя или антигероя нашего времени. Всех известных философов вспоминать в этой статье невозможно — места не хватит. Выберу того, которому я, христианин, доверяю (среди многих). «Время — понятие, противоположное пространству… Заурядный человек любой культуры замечает на физиономии всего становления, как своего становления, так и становления живого мира вокруг, лишь непосредственно доступный передний план…» (О.Шпенглер, «Закат западного мира», М., 2017). Назовем себя «заурядными», хотя это не так: по-другому, человек, не реализовавший свой талант. Я за всю свою жизнь (в т.ч. на высоких руководящих должностях в госаппарате) бездарных не встречал — им надо было помочь найти свое место и оказать доверие. Знаем известное выражение из классики: «О времена, о нравы!»; т.е. я могу быть злобным эгоистом и всем вредить, так как такие плохие времена, ну особенно если война — любую подлость спишет. Это в реальной жизни не так, и после окончания режима «чрезвычайного времени», когда официально ряд положений формальных законов не действовал, начинается поиск патологических злодеев и ссылки на «времена» не работают; а если фигурант совершил преступление, то о нравах нет и речи, хотя вопрос о нравственном содержании даже преступления всегда возникает.
Многие годы, да и сейчас «незаурядные» умы пытаются понять, как в Италии и Германии, странах с яркими личностями нравственной мировой культуры, могла восторжествовать идеология фашизма, как из морализованной идеологии национализма появился примитивный нацизм. Объяснений находим немало, и прежде всего в экономических проблемах. И главное — снижение уровня жизни; а тут пришли Муссолини и Гитлер, и жить стало легче и даже веселее. Но все известные объяснения утверждения фашизма — это упомянутый выше, от О.Шпенглера, «непосредственно доступный передний план» для заурядного человека. Плюс еще месть за капитуляцию в Первой мировой войне — нация была унижена, а вот теперь получите: мы не просто западные славяне — мы арийцы, а значит, надо забыть о христианстве, о Шиллере, Гейне, Гёте: всю религиозную литературу и книги этих «неарийцев» — в костер, а духовенство и несогласных — в концлагеря. Сейчас в Европе и на т.н. Украине разве не то же самое? Исторические малороссы (восточные славяне, православные, как и мы) вдруг стали некими «украми»: возвели свой суржик в государственный язык, запретив русский; создали свою церковь, захватывая наши храмы и монастыри (начали давно, еще в середине 80-х, — я ездил во Львов и Ивано-Франковск с майором КГБ и встречался с архиепископом Макарием (Свистуном)). Все повторяется по одному и тому же евро-американскому лекалу.
Вот чтобы быть героем своего времени и на все времена, надо помнить, что нет выше любви, чем жизнь положить за други своя; и это не значит физически погибнуть, а значит — жертвовать своими эгоистическими интересами ради своих родителей, детей, внуков, да и вовсе не близких по крови. Счастье — это жить в гармонии со своей совестью. Ну и, конечно, избави нас Бог от ошибок властей предержащих, а именно Петра III и Екатерины II, освободивших дворян от обязанности госслужбы (вот тут нам и Онегины, и Чацкие, и даже Печорины); от разгула либерализма Керенского, Хрущева, освободивших из тюрем отпетых уголовников и т.н. «политзаключенных», которые устроили в начале XX века погром в Российской империи, а в середине XX века стали бандеровцами и лесными братьями (их потомки сейчас русофобствуют на т.н. Украине и в Прибалтике).