Триумф саммита Россия — Африка официальный Париж не смог пережить. Россия, заявившая о партнерстве экономическом и политическом, о равноправных отношениях и о солидарности с государствами Африканского континента, вызвала у Франции такую реакцию, которая обычно возникает после финального объяснения и тотального ухода из отношений.
Париж начал орать совершенно недипломатическим голосом, обвиняя в случившемся с ним и с французской политикой в Африке всех, кроме себя.
Глава дипломатии Пятой республики Жан-Ноэль Барро в день начала работы московского саммита представил доклад (лучше и точнее назвать это собрание печатных страниц пасквилем) правительственного агентства Viginum о наших отношениях с африканскими государствами.
Viginun — межведомственная организация, занимающаяся политическим сыском в Сети. Во Франции и за ее пределами. Бюрократический вес (как и бюджет) — колоссален. У Viginun прямая связь с президентом и с премьер-министром. И работает агентство, подчиняясь лишь их приказам и распоряжениям.
Министр иностранных дел Франции доклад представил — а заказал его Эммануэль Макрон.
Истерика Барро произошла в соцсетях. Истерика его начальника Макрона, судя по всему, случилась приватно. Даже краткие выдержки из подготовленного документа, отданные французским медиа, отлично подсвечивают причины, объясняющие такую реакцию.
Обвиняя нас в "проведении и поддержке нарратива", который "враждебен Франции", киберсыскари, говоря о наших успехах в Африке, одновременно де-факто констатируют полный провал политики, получившей название "Франс — Африк".
Этот провал можно констатировать и де-юре.
Полный разрыв дипломатических отношений с Пятой республикой летом этого года осуществила Буркина-Фасо. За три года до этого Мали денонсировало ряд важнейших соглашений, свернув до минимального уровня все связи, которые существовали между Бамако и Парижем.
Нигер прервал все контакты, в том числе и военные, и — чтобы до Барро и Макрона дошло, что называется, по полной, — из страны был выслан посол Франции. Сенегал и Чад объединили усилия и надавили на Елисейский дворец так, что там приняли решение о закрытии всех военных баз и объектов армейского назначения на территориях обоих государств.
Перечисленные страны объединяет не только география, но и история: все они входили в колониальную империю Франции на протяжении полутора столетий. А чтобы было понятно, почему Франция имела возможность жить сверхшикарно все те же десятилетия подряд, добавим, что их общая площадь превышает четыре с лишним миллиона квадратных километров. Это в четыре раза больше всей Западной Европы.
Но если Западная Европа не имеет ни грамма минерального сырья и ни капли углеводородов, то африканские земли ими насыщены. И пересыщены. Без преувеличения — циклопические запасы урана, золота, нефти, бокситов. Это только то, что разведано и учтено. А еще имеется потенциал — то, что разведать и подсчитать лишь предстоит. Это редкоземы, от уровня запасов которых текут слюнки у инвесторов всего мира. А еще фосфориты и марганец — сырье для удобрений.
Короче, все, что обеспечивало промышленное производство Франции, ее энергетическую безопасность (прежде всего запасы урановой руды в том же Нигере), ее военную силу — весь баланс влияния Пятой республики на международной арене, — все абсолютно сегодня уже служит и служить будет экономическому процветанию этих независимых государств. Которые сами решают и решать будут, с кем им строить равноправные отношения. А от кого уходить, поскольку схема отношений "мне — все, а тебе — оставшиеся обрезки и обсевки" работать перестала.
Отсюда крики, клеветническая лексика и паранойя, иначе называемая русофобией, доносящиеся из Парижа. А еще зависть, конечно же.
Пока Россия заключает взаимовыгодные соглашения и сделки, создавая новый многополярный и справедливый мир, Франции остается — в полном соответствии с поговоркой, приведенной Владимиром Путиным на саммите, но по другому, правда, поводу, — сидеть на дне ею же самой вырытой ямы.
Сидеть ей там придется не одной. А вместе с теми территориями, что остались от Незалежной. И — что тоже имеет значение — за это сидение на дне ямы вместе с Киевом Парижу придется еще заплатить. Многие миллиарды евро.
Так выглядит закономерное фиаско неоколониального хищничества, покрывать счета за которое Франции еще только предстоит.