МОСКВА, 10 авг — РИА Новости. Журналист Джошуа Барбо несколько месяцев общался со своей умершей невестой .
Актер Уильям Шетнер создал двойника себя, чтобы "жить" после смерти. А компании уже зарабатывают миллионы на "воскрешении" усопших через их переписки и фотографии.
Что происходит, когда искусственный интеллект научился имитировать мертвых? И готово ли человечество к миру, где смерть больше не означает прощание навсегда?Когда технологии обгоняют законПока правоохранители по всему миру борются с мошенниками, клонирующими голоса для телефонных обманов, технологии ушли еще дальше. Создать синтетическую речь теперь может любой школьник с доступом в интернет.
Появились сервисы, генерирующие видеозвонки с цифровыми аватарами — достаточно одной фотографии.Алгоритмы развиваются быстрее, чем успевают их запрещать.
Количество инструментов растет в геометрической прогрессии, а барьеры входа стремятся к нулю. Но мошенничество — это только цветочки.
Настоящие ягодки начинаются там, где технологии встречаются с человеческим горем и желанием вернуть ушедших близких.Рецепт цифрового воскрешенияСоздать "живого" мертвого оказалось проще, чем кажется.
Нужны всего три ингредиента: переписки покойного, записи его голоса и несколько фотографий. Нейросети делают остальное.
Большие языковые модели изучают стиль речи человека по его постам в соцсетях, электронным письмам и сообщениям в мессенджерах. Алгоритмы восстанавливают словарный запас, манеру шутить, способы формулировать мысли.
Технологии вроде ElevenLabs клонируют голос по нескольким минутам записи, воспроизводя характерные интонации и даже вздохи. А сервисы как Synthesia создают видеоаватары, синхронизируя движения губ с синтезированной речью.
Результат пугает реалистичностью — интерактивный "цифровой двойник", с которым можно переписываться, говорить по телефону или видеться на экране. Мертвый становится доступнее живого.
И, в отличие от живого, он никогда не будет занят, не устанет и не откажет в разговоре. Идеальный собеседник.
И в этом — главная ловушка.Бизнес на человеческой болиКомпании уже превратили горе в прибыльную индустрию.
HereAfter AI предлагает создать "аватар жизненной истории" — человек при жизни отвечает на сотни вопросов о себе, а после смерти родственники могут "общаться" с записями его голосом.Основатель компании Джеймс Влахос начал с личной трагедии — создал чат-бота "Dadbot" на основе интервью с умирающим от рака отцом.
Боль одного человека стала стартапом стоимостью в миллионы долларов.StoryFile пошли дальше — записывают людей в специальной студии, где они отвечают на сотни вопросов.
Получается интерактивный видеоаватар, который подбирает нужный фрагмент в ответ на любой вопрос. После смерти соосновательницы компании, Марины Смит, на церемонии прощания был продемонстрирован ее цифровой двойник.
Умершая женщина "отвечала" на вопросы скорбящих гостей, включая собственного сына.Китайская You, Only Virtual зарабатывает на культе предков — в Поднебесной огромный спрос на "цифровое воскрешение" бабушек и дедушек.
Цены варьируются от нескольких сотен до тысяч долларов за "вечную жизнь". Когда технологии ломают психикуИстория журналиста Джошуа Барбо стала хрестоматийной для психологов.
После смерти невесты Джессики он использовал сервис Project December, чтобы создать ее цифровую копию. Месяцами "общался" с алгоритмом, имитирующим ее речевые паттерны.
Его исповедь в San Francisco Chronicle шокировала общественность и заставила психологов бить тревогу. Шерри Теркл из MIT предупреждает — общение с "дэдботами" (так на Западе называют цифровых призраков) может заморозить естественный процесс скорби.
Вместо того чтобы принять потерю и научиться жить дальше, человек получает суррогат, который консервирует боль. Возникает риск зависимости от иллюзии.
Проблема "зловещей долины" усугубляет травму — мелкие несоответствия в поведении аватара вызывают не утешение, а жуткое ощущение "почти-но-не-совсем-человека". Еще один этический кошмар — проблема согласия.
Давал ли умерший разрешение на свое "цифровое воскрешение"? Хотел ли он, чтобы его переписки читали и превращали в алгоритм? Большинство "дэдботов" создается без ведома покойного.Юридический кошмар мертвыхЗаконодательство не успевает за технологиями.
Кому принадлежат права на цифровую копию умершего — семье или IT-компании? Что делать, если аватар кого-то оклевещет или даст вредный совет? Кто понесет ответственность?Еще страшнее перспектива коммерциализации. Что если "цифровой дедушка" начнет рекламировать определенный бренд пива? Или "умершая бабушка" предложит выгодный кредит во время душевного разговора?Возникает новая форма шантажа — наследники получают не только имущество, но и "цифровых заложников", за которых нужно платить подписку.
Отказ от оплаты будет ощущаться как вторая смерть близкого человека.Три дороги в цифровое будущееПервый сценарий — утопический.
Технология становится формой интерактивного архива. Студенты "беседуют" с цифровой копией Эйнштейна, чтобы лучше понять его теории.
Ребенок сможет услышать голос прадедушки, рассказывающего о войне. Строгое юридическое регулирование защищает от коммерческого использования, а психологи разрабатывают протоколы "цифрового прощания".
Второй путь — антиутопия. Миллионы людей "подсаживаются" на общение с умершими, предпочитая иллюзорный мир прошлого реальной жизни.
Корпорации превращают скорбь в модель по подписке, а политики используют "оживших" исторических деятелей для манипуляций.Реалистичный сценарий совмещает оба варианта.
Как и любая новая технология, сначала высококачественные цифровые аватары будут доступны не всем — одни получат почти неотличимых от реальности "цифровых предков", другие довольствуются базовыми версиями с ограниченным функционалом. Для новых поколений разговор с "цифровой прабабушкой" становится такой же нормой, как просмотр старых фотографий.
Человеческая психика адаптируется к новой реальности, но всегда найдутся те, кто впадет в зависимость от цифровых призраков. Появятся новые специалисты — психологи по цифровому горю и детоксу от виртуальных мертвецов.
Технология уже здесь. Компании уже считают прибыль.
Первые "цифровые вдовцы" уже делятся своим травматичным опытом. Вопрос не в том, наступит ли этот новый дивный мир — он уже наступил, пока мы это обсуждаем.
Вопрос в другом: когда ваш смартфон предложит вам "поболтать с умершей мамой за пару тысяч рублей в месяц", что вы ему ответите?