— Расскажите о себе. Какая у вас семья, образование?
— Мне 23 года, я родился и вырос в США. Семья у меня довольно маленькая: мама и бабушка с дедушкой, они все тоже живут в Америке. Образование моё достаточно скромное: после школы я работал сварщиком в аэрокосмической отрасли и учился в колледже по специальности «робототехника и автоматизация». Учёбу я так и не закончил, решил взять академический отпуск и приехать в Россию. Когда боевые действия закончатся, я планирую продолжить учёбу.
— Как вы оказались в зоне боевых действий?
— В конце 2023 года я, наконец, решил, что хочу отправиться на СВО. Что-то внутри меня подсказывало, что я должен пойти и сделать это, иначе в будущем я всегда буду сожалеть о том, что не участвовал. Я прилетел в Финляндию и пересёк границу с Россией, после чего добрался до Москвы.
В столице я попытался подписать контракт, но из-за проблем с документами у меня это не получилось. Поэтому я поехал в другой регион и там предпринял вторую попытку, которая увенчалась успехом. Так в начале 2024 года я оказался на фронте в составе 4-й танковой дивизии.
— Что вас подтолкнуло сделать такой выбор в жизни?
— Я думал приехать и сражаться ещё до того, как узнал о начале спецоперации.
Конфликт тянется с 2014 года, и я всегда очень сочувствовал всем мирным жителям Донбасса, погибшим от украинских обстрелов.
На начальных этапах СВО я в целом рассматривал конфликт как братоубийственную войну, но после того, как я увидел все казни российских военнопленных и все жестокие и отвратительные комментарии, которые многие делали с украинской стороны, я стал полностью пророссийским.
— Получается, вы следили за развитием конфликта в Донбассе с самого начала?
— Я был в курсе и изучал историю того, что происходило. Самым ранним моментом, когда я могу вспомнить, что интересовался этим конфликтом, был 2016 год, и я очень сочувствовал положению, в котором оказались дончане.
— Как отреагировала ваша семья на решение уехать в Россию?
— Они были против моего отъезда. Сначала они думали, что я шучу, когда я говорил им о своих планах стать волонтёром, но они поняли, насколько я серьёзен, только после того, как я купил билеты на самолёт. В целом, по своей политической позиции они либо нейтрально реагируют, либо иногда занимают пророссийскую позицию. Но это не отменяет негативной реакции на мой отъезд в Россию. Они очень беспокоились за меня и не хотели, чтобы я погиб в другой части света.
«Язык усваивается очень быстро»
— Почему вы взяли такой позывной?
— Никакой особенной истории с моим позывным нет. Его мне дали, потому что меня зовут Джон, а я был пулемётчиком. Кстати, мне часто говорили, что фильмы про Рэмбо имеют культовый статус в России.
— Через что пришлось пройти на фронте?
— В первый год я был штурмовиком и пулемётчиком. После тяжёлого ранения, которое едва не стоило мне жизни, я получил серьёзные повреждения глаз и слуха, лежал в больнице. К счастью, меня перевели на должность оператора дронов, а через несколько месяцев — в разведку моего полка в качестве старшего оператора БПЛА.
- © Фото из личного архива